– Меня взяли на работу, Оленька! – Артём влетел в квартиру, размахивая телефоном, словно флагом победы. – Завтра выхожу! Зарплата не огромная, но стабильная, плюс премии!
Ольга, которая только что вернулась из школы и снимала сапоги, замерла в коридоре. Сначала она не поверила – слишком часто за эти месяцы он возвращался с надеждой, которая потом разбивалась о «мы вам перезвоним».
– Правда? – переспросила она, и голос дрогнул.
– Правда, – он обнял её так крепко, что она почувствовала, как слёзы подступают. – Мастером участка на заводе. Не тот, где раньше, новый цех открыли. Сказали, опыт у меня подходящий.
Вика выбежала из комнаты, услышав крики.
– Папа работу нашёл?! – она запрыгала вокруг них. – Теперь можно новый рюкзак к школе?
Артём рассмеялся и подхватил дочь на руки.
– Можно. И тебе, и маме что-нибудь купим. И бабушке передадим, как обещали.
Ольга улыбнулась, но внутри шевельнулось лёгкое беспокойство. Она помнила, как легко он раньше отдавал «бабушке», забывая о своих.
Вечером они втроём сидели за столом – впервые за долгое время с ощущением, что завтра будет легче. Артём рассказывал о новом месте, о коллективе, о том, как начальник пожал руку и сказал: «Ждём вас, Артём Викторович, не подведите».
Когда Вика уснула, Ольга тихо спросила:
– И сколько ты планируешь маме отправлять теперь?
Артём помолчал, глядя в окно, где уже зажигались фонари.
– Давай вместе решим, – сказал он наконец. – Я вот подумал… пять тысяч в месяц. Регулярно. И ещё будем её на выходные забирать, чтобы с Викой побольше виделась. А остальное – на нас. На долги, на Викины кружки, на отпуск летом. Хоть небольшой.
Ольга посмотрела на него с удивлением. Он говорил спокойно, уверенно, без привычного чувства вины в голосе.
– Серьёзно, – он взял её руку. – Я много думал эти дни. Пока мама здесь жила… понял, что чуть не потерял самое главное. Ты права была – я как будто между двух огней стоял. А надо было просто выбрать, где мой дом.
Она прижалась к нему, чувствуя, как напряжение последних месяцев наконец отпускает.
– Я не хочу, чтобы ты маму бросал, – тихо сказала Ольга. – Просто чтобы мы были на первом месте.
– Теперь будете, – пообещал он.
Через неделю Валентина Петровна приехала снова – но уже не с чемоданом, а с большой сумкой гостинцев. Картошка молодая, огурцы малосольные, варенье из малины. И впервые за всё время она постучала в дверь, прежде чем войти.
– Здравствуйте, родные, – сказала она с порога, и в голосе не было привычной обиды.
Вика бросилась к ней с криком «Баба Валя!», а Ольга вышла встречать с улыбкой.
– Проходите, Валентина Петровна. Чайник только вскипел.
За столом свекровь достала из сумки конверт и положила перед Артёмом.
– Это тебе, сынок, – сказала она. – Я накопила немного с пенсии. На первое время, пока аванс не дадут.
Артём открыл конверт и замер – там лежало пятнадцать тысяч.
– Мам… это же твои сбережения.
– Мои, – кивнула она. – А теперь ваши. Я поняла, Артём… поняла, что нельзя сына доить, как корову. Вы молодые, вам строить надо. А я.. я и так справлюсь. Соседка помогает, огород есть. А главное – вы у меня есть.
Ольга посмотрела на свекровь и впервые увидела в ней не соперницу, а просто пожилую женщину, которая всю жизнь боялась остаться одна.
– Спасибо, Валентина Петровна, – сказала она искренне. – Мы не забудем. И пять тысяч каждый месяц – как договаривались. Без опозданий.
Свекровь кивнула, и в глазах её блеснули слёзы.
– Я рада, что у сына такая жена. Умная. С характером. Без тебя он бы так и остался маменькиным сынком.
Артём рассмеялся, обнимая обеих – мать и жену.
– Ну всё, хватит слёз, – сказал он. – Давайте лучше пирог пробовать. Баба Валя же с вареньем испекла.
Они сидели за столом долго. Говорили о новом месте Артёма, о том, как Вика в школе будет хвастаться, что папа теперь «начальник», о том, что летом поедут все вместе на озеро – на три дня, не больше, чтобы всем хватило сил и терпения.
А когда Валентина Петровна уехала домой на вечернем автобусе, Ольга с Артёмом остались на кухне вдвоём.
– Знаешь, – сказала она, ставя чашки в раковину, – я думала, что никогда не смогу её понять. А сегодня… поняла.
– Она тоже тебя поняла, – Артём подошёл сзади и обнял. – И я наконец понял. Главное – не кто сколько даёт денег. Главное – кто рядом, когда тяжело.
Ольга повернулась к нему и поцеловала.
– Вместе, – добавил он.
Прошёл год. Артём получил повышение, Вика пошла в первый класс с новым рюкзаком и в красивом платье. Валентина Петровна приезжала раз в месяц – не с претензиями, а с гостинцами и тихой радостью от того, что её ждут.
А по вечерам, когда Вика засыпала, Ольга и Артём сидели на балконе с чаем и смотрели на огни города. Иногда молчали – просто держались за руки. Потому что знали: теперь всё по-настоящему на своих местах.
И если кто-то спрашивал Ольгу, как они пережили те тяжёлые месяцы, она отвечала просто:
– Мы научились говорить друг с другом. По-честному. И это оказалось важнее любых денег.