Из комнаты вышел муж. Он остановился в коридоре, прислушиваясь к крикам за дверью.
— Ты правда не откроешь? Может, всё‑таки поговоришь с ней? — тихо спросил он.
— Нет, — отрезала Оксана. — Если считаешь нужным, открой сам.
Он не сделал ни шага. Стук не прекращался.
— Я сейчас полицию вызову! — донеслось с площадки. — Пусть научат тебя, как с людьми разговаривать!
Оксана спокойно достала телефон и набрала номер.
— Добрый день. Хочу сообщить о нарушении порядка… Да, по такому-то адресу. Женщина ломится в квартиру, угрожает и отказывается уходить.
Дежурный уточнил детали и пообещал направить наряд. Оксана завершила вызов.
За дверью внезапно воцарилась тишина — видимо, свекровь всё расслышала. Затем её голос изменился, стал мягче, почти жалобным:
— Сынок, выйди. Давай просто поговорим. Я же твоя мать…
Муж вопросительно посмотрел на Оксану. Та коротко кивнула. Он повернул ключ.
Дверь распахнулась, и свекровь решительно шагнула внутрь, окинула Оксану взглядом с головы до ног.
— Это что ещё за представление? Ты решила меня в дом не пускать?
— Это моя квартира. И я сама решаю, кто сюда входит.
— Твоя? — фыркнула она. — Мой сын здесь живёт! Значит, и я имею право!
— Нет, не имеете. Никакого.
— Слышишь, что она говорит? — свекровь схватила сына за рукав. — Скажи ей!
Он замялся.
— Мама, жильё оформлено на Оксану. По документам оно принадлежит ей. Я здесь прописан, но собственником не являюсь.
— Что значит не являешься? Ты её муж!
— Наследство не делится. Даже в браке.
Свекровь отшатнулась, словно её толкнули.
— Значит, ты на её стороне?
— Я просто говорю, как есть.
— Закон, закон… — раздражённо бросила она. — А совесть у вас есть?
— Есть, — спокойно ответила Оксана. — И она подсказывает мне, что я не обязана ютиться втроём в двухкомнатной квартире.
— Втроём? Я что, навсегда сюда переезжаю?
— С чемоданами к Новому году обычно не на один вечер приходят.
Женщина оглянулась на багаж у порога.
— Я… думала немного погостить. До праздников.
— А потом до весны. Потом ещё чуть-чуть. Я знаю, как это обычно заканчивается.
— Неблагодарная! — свекровь сжала кулаки. — Мой сын обеспечил тебе крышу над головой!
— Квартиру он получил благодаря мне. А не наоборот.
— Да как ты смеешь!
— Потому что это правда.
Свекровь повернулась к сыну:
— Ты позволишь ей так со мной разговаривать?
Он тяжело вздохнул.
— Мама, поезжай домой. Пожалуйста.
— То есть ты меня выставляешь?
— Я прошу тебя уйти. Совместная жизнь здесь невозможна.
— Значит, жена для тебя важнее матери?
Он промолчал. После короткой паузы свекровь резко схватила чемоданы.
— Хорошо. Запомню это. Когда понадобится помощь — не обращайтесь! Я сюда больше ни ногой!
— Ваши вещи в кладовке. Заберите их, — добавила Оксана.
Свекровь прошла в кладовую, вытащила пакеты. Муж молча помог донести их до двери. Она надела пальто, избегая смотреть на Оксану.
— Сын, ко мне можешь приходить в любое время. Ты знаешь адрес.
— Знаю, мама.
Дверь закрылась. Оксана повернула ключ и на всякий случай накинула цепочку.
Муж остался стоять в прихожей, глядя в пол.
— Довольна? — спросил он наконец.
— Нет. Но иначе было нельзя.
— Можно было обсудить по‑другому.
— Мы пытались. Она не слышала.
Он ушёл в комнату. Оксана вернулась на кухню, поставила чайник. Села у окна. Снег перестал идти, небо прояснилось, и в вышине появились звёзды.
Телефон завибрировал. Свекровь. Оксана отклонила вызов. Через минуту — снова. И ещё раз. Она занесла номер в чёрный список.
Позже муж вышел к ней.
— Мама звонила мне. Плакала.
— Мне жаль.
— Правда?
— Да. Но это ничего не меняет.
— Может, стоило мягче…
— Как? Я просила спокойно. Объясняла. Твоя мама не собиралась меня слушать.
Он налил воды, сделал несколько глотков.
— И что теперь?
— Будем жить, как раньше. Вдвоём.
— А если ей понадобится помощь? Если она заболеет?
— Мы поможем. Но жить она будет у себя.
Он кивнул и снова ушёл.
Оксана ещё долго не ложилась. Прокручивала в голове произошедшее. Жалела ли она? Нет. Поступила ли правильно? Да.
Квартира снова стала её домом. Без чужих сумок у входа. Без навязанных советов на кухне. Без постоянного давления.
Через неделю свекровь позвонила сыну. Сообщила, что успокоилась и готова «забыть обиды». Предложила заглянуть на праздники.
Муж пересказал разговор Оксане.
— В гости — пожалуйста, — ответила она. — На несколько часов. Но ночевать — нет.
Свекровь в итоге так и не пришла.
Новый год Оксана и её муж встретили вдвоём. Накрыли стол, включили телевизор, обменялись поздравлениями. Он был немногословен, но смирился.
А Оксана впервые ощутила, что в этих стенах хозяйка именно она. Что никто больше не будет повторять, будто её муж «осчастливил» её жильём. Что никто не станет указывать, где ставить цветы и что готовить на ужин.
В квартире, доставшейся от дедушки, воцарились тишина и покой — такие, какими они должны были быть с самого начала.