— …установит новые замки. Мы вам позвоним, — добавили в центре.
Оксана поблагодарила и вышла на улицу. Уже смеркалось. Под ногами тихо похрустывал свежий снег. Город постепенно входил в предновогоднее настроение: витрины магазинов сияли гирляндами, на площади рабочие монтировали высокую ёлку, вокруг суетились прохожие с пакетами и коробками.
На следующий день мастер появился ровно в десять утра. Невысокий парень с ящиком инструментов, без лишних разговоров и расспросов. Он быстро разобрал старые механизмы, аккуратно установил новые. Работа заняла около полутора часов. Когда всё было готово, он протянул Оксане два комплекта ключей, попросил расписаться в акте и, попрощавшись, ушёл.
Оксана закрыла дверь и провернула ключ. Щелчок прозвучал иначе — чётко и уверенно, словно подчеркивая: теперь здесь всё по‑другому. Старые ключи лежали на полке в прихожей. Бесполезные кусочки металла, утратившие всякий смысл.
Вечером муж вернулся, как обычно. Поднялся на третий этаж, достал ключ и вставил его в замочную скважину. Повернуть не получилось. Он нахмурился, попробовал ещё раз — безрезультатно.
Он нажал на звонок. Оксана открыла.
— Почему ключ не подходит? — спросил он, переступая с ноги на ногу.
— Я сменила замки.
Он замер на пороге.
— В каком смысле — сменила?
— В прямом. Пригласила мастера, поставили новые. Вот твой комплект.
Она протянула ему один из наборов. Муж машинально взял ключи, повертел их в руках.
— Зачем это было нужно?
— Ради безопасности. Мы не знаем, у кого могли оказаться старые.
— У кого они могли быть, кроме нас?
Оксана не ответила. Он прошёл в квартиру, бросил куртку на стул.
— Это из‑за моей матери? — резко спросил он.
— Да.
— Ты серьёзно? Поменяла замки, чтобы она не могла войти?
— Именно так.
— Но у неё ведь нет ключа! Она всегда звонила!
— Теперь уж точно нет, — спокойно сказала Оксана.
Он раздражённо швырнул сумку на пол.
— Ты понимаешь, что делаешь? Это моя мать!
— Понимаю. Но квартира — моя.
— Опять ты за своё! Сколько можно повторять одно и то же? — голос его стал громче.
Оксана достала из сумки папку с документами и положила её на стол.
— Посмотри сам. Свидетельство о наследстве. Выписка из реестра. Жильё оформлено исключительно на меня. У тебя здесь нет доли. Ты живёшь здесь потому, что я этого хочу.
Он схватил бумаги, бегло просмотрел. Лицо его заметно побледнело.
— То есть ты считаешь, что вправе выставить мою мать за дверь?
— Считаю. И уже воспользовалась этим правом.
— Это возмутительно!
— Это законно.
Он бросил документы обратно на стол.
— Для тебя закон важнее семьи?
— Для меня важнее спокойствие. Твоя мать превратила мою жизнь в сплошное напряжение. Я устала терпеть.
— Она ничего плохого не сделала!
— Она без спроса решила здесь жить. Ведёт себя так, будто это её квартира. Постоянно намекает, что тебе повезло со мной, потому что я “с жильём”. Это нормально?
Он отвернулся к окну, не находя слов.
— Она просто хотела быть рядом с сыном, — тихо сказал он.
— За мой счёт. В моём доме. Без моего согласия.
— Ты могла бы потерпеть.
— Могла. Но больше не хочу.
Он резко развернулся.
— И что мне теперь ей сказать? Что жена поменяла замки и не впускает её?
— Скажи правду. Или не говори ничего. Мне всё равно.
Разговор оборвался. Он хлопнул дверью спальни. Оксана осталась на кухне, поставила чайник, налила себе чашку и села у окна. За стеклом густо падал снег.
Через два дня зазвонил телефон. На экране высветилось имя свекрови. Оксана проигнорировала вызов. Муж ответил.
— Сынок, через час буду у вас. Откроешь, у меня сумки тяжёлые.
— Мам, подожди… тут ситуация…
— Какая ещё ситуация? Я уже в автобусе!
Он замялся и посмотрел на Оксану. Та лишь пожала плечами.
— Мам, лучше сегодня не приезжай.
— Почему? Я же предупреждала, что вернусь!
— Оксана поменяла замки.
В трубке повисла тишина.
— Что значит — поменяла?
— Теперь другие замки. Твои ключи не подойдут.
— А мои вещи?
— В кладовке.
Молчание затянулось, потом голос стал резким:
— Передай этой неблагодарной, что я всё равно приеду! Заберу своё и поговорю с ней как следует!
Муж снова посмотрел на Оксану. Она отрицательно покачала головой.
— Мам, не надо. Давай в другой день.
— В какой ещё другой? Я уже еду!
— Приезжай, если хочешь. Но дверь она не откроет.
— Посмотрим! Я вызову полицию!
— Квартира её. И по документам тоже. Полиция ничего не сделает.
Свекровь выругалась и бросила трубку. Муж устало опустил телефон на стол.
— Довольна? — спросил он.
— Нет. Но и отступать не собираюсь.
— Я не хочу больше спорить. Устал.
Спустя час в дверь резко и требовательно позвонили. Оксана подошла, посмотрела в глазок. На площадке стояла свекровь с двумя большими чемоданами.
— Открывай! — кричала она. — Я знаю, что ты дома!
Оксана молчала.
— Слышишь меня? Немедленно открой!
Ответа не последовало.
Звонок раздался снова, затем по двери застучали ладони.
— Ты совсем с ума сошла? Это дом моего сына! Открой!
Оксана стояла в прихожей и слушала, как удары становятся всё громче, а за дверью нарастает раздражённое дыхание, понимая, что это только начало нового витка противостояния.