Она встала. Прошла мимо свекрови, которая стояла в дверях с трагическим видом. Прошла мимо Лены, которая что-то шептала мужу на ухо. Прошла на кухню и села за стол.
Артём закрыл дверь. Сел напротив.
– Мама сказала, ты её выгоняешь.
– Я прошу её уехать, – повторила Полина. – Это разные вещи.
– Она говорит, ты кричала.
– Я не кричала. Я сказала спокойно.
Артём посмотрел на неё долго-долго.
– Поля… она же моя мама.
– А я твоя жена, – Полина почувствовала, как голос дрогнул. – Артём, я больше не могу. Я прихожу домой – и не отдыхаю, а продолжаю работать. Только теперь на всю вашу родню. Я не горничная. Это мой дом.
– Я знаю, – он опустил голову. – Я виноват. Я думал… думал, это временно.
– Я поговорю с ней. Обещаю. Ещё немного…
– Нет, – Полина покачала головой. – Не немного. Завтра. К обеду. Я всё собрала. Вещи в коридоре. Билет на поезд у неё есть. Я купила.
Артём поднял глаза. В них было что-то новое – не вина, не раздражение. Страх.
Он молчал. Потом встал, подошёл к окну. Стоял спиной.
– А если я скажу, что не могу её выгнать?
Полина почувствовала, как внутри всё холодеет.
– Я серьёзно, Артём. Я люблю тебя. Но я больше не буду жить так. Это не жизнь. Это существование в чужом доме.
Он подошёл, сел рядом, взял её руки в свои.
– Дай мне до завтра. Я всё решу. Обещаю.
Полина посмотрела на него. В глазах стояли слёзы, но она не плакала.
Ночь она провела на диване в гостиной. Артём спал в спальне – или делал вид. Утром она проснулась от запаха кофе. На кухне сидела Светлана Петровна – уже одетая, с чемоданом в коридоре.
– Доброе утро, Полина, – сказала свекровь тихо. – Я уезжаю. Артём всё объяснил.
Полина замерла в дверях.
– К Лене пока. А потом… потом найду себе жильё. Ты права. Я переборщила.
Полина не знала, что сказать. Она ожидала скандала, слёз, обвинений. А получила это – тихое, почти покорное.
– Нет-нет, – свекровь подняла руку. – Артём мне всё сказал. И я… я поняла. Прости меня, дочка.
Слово «дочка» прозвучало так искренне, что у Полины защипало в глазах.
Дверь в спальню открылась. Вышел Артём – небритый, с тёмными кругами под глазами.
– Мам, я провожу тебя, – сказал он.
– Не надо, сынок. Я сама. Такси уже вызвала.
Она подошла к Полине, обняла – осторожно, будто боялась, что та оттолкнёт.
– Спасибо, что потерпела. И… прости.
Полина обняла в ответ. И вдруг поняла – это не конец. Это начало чего-то нового. Может, даже лучшего.
Когда дверь за свекровью закрылась, Артём подошёл и обнял Полину крепко-крепко.
– Спасибо, что не ушла, – прошептал он.
– Спасибо, что выбрал меня.
Но в глубине души Полина знала: это только первый шаг. Впереди ещё разговоры, границы, притирки. Но теперь она знала – она может их отстоять.
И всё-таки, когда вечером раздался звонок, и Лена, сестра Артёма, сказала: «Поля, а можно мы с детьми на выходные к вам? У нас ремонт…», Полина улыбнулась и ответила твёрдо:
– Нет, Лен. Не можно. У нас свои планы.
И положила трубку. Впервые за долгое время чувствуя себя хозяйкой в своём доме.
– Поля, ну что ты, в самом деле, мы же не чужие! – голос Лены в трубке звучал так жалобно, будто она просила не о приюте, а о последнем куске хлеба. – Дети так соскучились по дяде Тёме, а у нас этот ужасный ремонт, пыль, шум… Всего на два дня, ну пожалуйста!
Полина прижала телефон к уху плечом и продолжала раскладывать чистое бельё в шкаф. После ухода свекрови прошло ровно три недели. Три недели тишины, порядка и такого сладкого ощущения, что дом снова принадлежит только им двоим. Она уже начала забывать, как это – вздрагивать от каждого стука в дверь.
– Лен, – спокойно ответила Полина, – мы с Артёмом договорились: без предупреждения за две недели – никто не приезжает. Это правило. Для всех.
Повисла пауза. Потом Лена вздохнула так тяжело, что Полина почти увидела, как она закатывает глаза.
– Это всё из-за мамы, да? Она до сих пор обижается, что вы её выгнали. Говорит, ты её чуть ли не на улицу вытолкала.
– Я её не выгоняла, – Полина почувствовала, как внутри привычно напряглось. – Она сама собрала вещи и уехала. К тебе, кстати.
– Ну да, ко мне, – Лена фыркнула. – А ты знаешь, как это тяжело – жить с мамой вдвоём в двухкомнатной? Она теперь на мне отыгрывается. Всё время вспоминает, какая ты неблагодарная, как ты Артёма против неё настроила…
Полина закрыла шкаф чуть сильнее, чем нужно.
– Лена, я не настраивала. Я просто попросила вернуть нам наш дом.
– Ладно, ладно, – сестра мужа быстро пошла на попятную. – Я просто хотела детей привезти… Они же не виноваты.
Полина уже открыла рот, чтобы повторить «нет», но тут услышала, как в замке повернулся ключ. Артём пришёл раньше обычного.
– Подожди секунду, – сказала она Лене и вышла в коридор.
Артём снимал куртку, лицо было странно напряжённым.
– Привет, – он поцеловал её в щёку. – С кем говоришь?
– С твоей сестрой, – Полина протянула ему телефон. – Она хочет на выходные с детьми.
Артём взял трубку, включил громкую связь и положил на полку.
– …ну Артём, ты же не против? – донеслось из динамика. – Дети так просят!
– Лен, – Артём вздохнул, – мы же договорились. Две недели предупреждения. И вообще… у нас свои планы на выходные.