— То есть ты предлагаешь мне бросить работу только ради того, чтобы твоя мать позволила нам остаться?
— Я прошу тебя не ломать всё из-за одного вечера.
— Для меня это был не просто вечер. Я стояла на крыльце с ребёнком на руках. Повторять такое я не собираюсь.
Андрей поднялся, поправил на ней очки и тихо сказал, что снять отдельное жильё сейчас не на что. Декабрьскую премию он уже отдал матери на крышу. Екатерина и сама это знала: ещё перед Новым годом они вместе считали расходы и обсуждали, куда уйдут деньги.
Второго января квартиру поехали смотреть втроём — Екатерина, Кирилл и Владимир. Отец всё же пошёл с ними, хотя по дороге несколько раз заметил, что на такие деньги можно было бы спокойно прожить дома не один месяц. Хозяйка встретила их у двери, провела внутрь, показала счётчики, старую плиту, балкон и скромную мебель. В комнате стояли кровать, диван, а возле окна умещался небольшой письменный стол.
Кирилл сразу спросил, куда поставить его гараж из коробок. Екатерина показала ему свободный угол рядом со шкафом. Владимир тем временем осмотрел рамы, потрогал батареи, заглянул под мойку и задал хозяйке несколько практичных вопросов. Та отвечала спокойно, без раздражения.
— До садика отсюда далеко? — уточнил он.
— Две остановки, — ответила Екатерина. — Мы уже проверили.
— А если Кирилл заболеет?
— Останусь с ним дома. Заказы тогда придётся переносить.
Владимир отвернулся к окну. Екатерина ещё раз медленно прошла по комнатам, мысленно разложила их будущие утра: подъём, дорога в садик, потом мастерская. После этого набрала Андрея и сказала, где они находятся. Он ответил, что сегодня занят у матери и приехать не получится.
Хозяйка спросила, готовы ли они принять решение. Екатерина убрала телефон в сумку.
— Мы снимаем. Давайте оформлять.
Договор они прочитали без спешки, отдельно проговорили оплату и состояние мебели. Екатерина перевела 24 000 грн — за первый месяц и залог. Хозяйка проверила поступление, передала ключи. Владимир всё это время стоял у окна и держал в руках шапку Кирилла.
Когда за хозяйкой закрылась дверь, Екатерина опустилась на диван. Ей очень хотелось услышать от отца хоть одно ободряющее слово. Но он лишь протянул ей детскую шапку.
— Оборудование я довезу, как обещал. С грузчиками на завтра договорюсь. А дальше уже рассчитывай сама.
— Спасибо, пап.
— Ты меня вообще не слышишь.
— Слышу. Ты хочешь, чтобы я была у вас, и тебе было спокойнее.
— Я хочу, чтобы через месяц ты снова не звонила мне среди ночи.
Сказав это, он сразу посмотрел на внука. Кирилл пытался открыть нижний ящик шкафа, но тот заедал. Екатерина поднялась, помогла сыну справиться с дверцей и снова повернулась к отцу.
— Если станет совсем тяжело, я позвоню. Но сегодня мы остаёмся здесь.
Владимир коротко кивнул. Больше он её не уговаривал. Потом отвёз их за вещами к Ирине, поблагодарил соседку, оставил купленные продукты. Вечером уехал заканчивать рейс, пообещав вернуться к разгрузке.
О том, что квартира снята, Валентина узнала от Андрея и сама позвонила Екатерине.
— Значит, деньги у тебя всё-таки были. А жили вы у нас за наш счёт.
Екатерина сидела на полу новой квартиры и раскладывала одежду Кирилла. Сын катил машинку по подлокотнику дивана.
— Я покупала продукты и оплачивала часть расходов по дому. Мы так договаривались.
— Мало ли о чём вы там договаривались. Я вас пустила, а ты теперь меня на всю улицу позоришь.
— Я сказала отцу, где мы ночуем. Мне нужна была помощь.
— А тягач под окнами вы тоже для помощи поставили?
Екатерина зажмурилась. Снова объяснять, почему машина стояла там и как они добирались, она не стала. Только спросила, когда можно забрать оставшиеся вещи. Валентина назвала время, когда будет дома, и сразу предупредила, чтобы посторонние по комнатам не ходили.
На следующий день Кирилла опять оставили у Ирины. К Екатерине приехали двое помощников, которых прислал Владимир. Сначала они отвезли оборудование в мастерскую. Отец лично проверял крепления и следил, чтобы при разгрузке ничего не поцарапали и не сломали. Екатерина подписала бумаги, осмотрела покупку. В просторном прохладном помещении пахло свежей древесной стружкой из соседнего бокса. Её место занимало часть зала за перегородкой; там уже стояли два заказанных комода.
Один из них нужно было отдавать через несколько дней. Екатерина провела ладонью по подготовленной поверхности и поняла: в срок она не успеет. Два дня ушли на поиски жилья, ещё один — на перевозку вещей, а с Кириллом пока некому было сидеть надолго. При отце она позвонила заказчице.
Женщина выслушала её, но напомнила, что уже заказала перевозку. Екатерина предложила другую дату и скидку за задержку. После короткой паузы клиентка согласилась, только попросила больше не подводить её.
Владимир дождался, пока разговор закончится.
— Сколько потеряла?
Екатерина назвала сумму, которую придётся вычесть из оплаты. Отец тяжело вздохнул, но комментировать не стал.
За вещами к Валентине поехали на небольшом грузовом автомобиле. Тягач оставался на площадке: в тесный двор его не стали загонять. Екатерина заранее составила список — одежда, книги, кровать Кирилла, рабочие инструменты, её маленький стол. Андрей всё согласовал с матерью. Помощники ждали у ворот, пока он выносил коробки; крупные вещи они вынесли вместе только после разрешения хозяйки.
Валентина ходила следом и внимательно смотрела, что именно забирают. Когда увидела покрывало, сразу сказала, что покупала его сама. Екатерина без возражений положила его обратно. Андрей попытался было спорить, но жена попросила его не останавливаться и продолжать погрузку.
— Вот и видно, — бросила свекровь. — Мигом чужими стали.
Екатерина выпрямилась рядом с коробкой.
— Вы выставили меня с Кириллом за дверь. Сейчас я просто забираю наши вещи. Давайте закончим без сцены.
Валентина вспыхнула и заговорила громче: мол, ребёнку у бабушки было бы лучше, а Екатерина ещё наплачется со своей самостоятельностью. Андрей резко её перебил:
— Мам, хватит. Я кровать разбираю, дай пройти.
Екатерина посмотрела на него. Он уже нёс к двери боковую часть кровати. Она подняла коробку и пошла следом, не задерживая остальных.
В новой квартире кровать собирал Андрей. Кирилл сидел рядом и подавал ему только те детали, которые можно было безопасно держать в руках. Екатерина разложила продукты, поставила чайник, а потом так и не произнесла привычное приглашение остаться на ужин. Она устала до такой степени, что боялась снова завести тот же разговор.