– Вы ведь прекрасно осведомлены, откуда у меня это жилье, – продолжила Наталья, не повышая голоса. – Родители оформили его на меня, когда окончательно переехали жить за город. Ни вы, ни Денис к этой квартире не имеете никакого отношения — ни морального, ни тем более юридического.
– Опять ты этой бумажкой перед носом размахиваешь! – свекровь вытянула губы, будто ее смертельно оскорбили. – Совести в тебе ни капли. Мой сын три года под этой крышей прожил! Он балкон своими руками отделывал, плинтусы вон там прикручивал, кран менял, трубы чинил, мужскую силу вкладывал. А ты взяла и вышвырнула его два месяца назад, будто дворнягу, из-за какой-то ерунды!
Наталья смотрела на нее прямо, не моргая.
– Ваш сын сам собрал вещи и ушел, когда понял, что я не стану оформлять на себя кредит почти на четыреста тысяч гривен ради его новой машины, – напомнила она сухо. – Заявление о разводе уже находится в отделе ДРАЦС. Через неделю нам выдадут документы о расторжении брака. И вам это было известно с первого же дня.
– Да что там за заявление, бумага всё вытерпит! – свекровь резко взмахнула рукой, стараясь задавить Наталью напором. – Если по-честному, половина этой квартиры должна быть Денисова. Он сейчас у меня в однокомнатной ютится, на старом проваленном диване спит, каждое утро за спину хватается. Там воздуха не хватает! А ты тут одна барыней живешь на восьмидесяти квадратах. Вот я и решила всё по-людски, раз вы сами ума не набрались.
Наталья перевела взгляд на мужчину и женщину, замерших у стены с сумками и коробками.
– И каким же образом вы это «по-людски» устроили?
Свекровь самодовольно приподняла подбородок, словно только и ждала этого вопроса.
– Очень просто. Разумно и с пользой для всех. Это Дарья, племянница моей троюродной сестры из райцентра. А это ее муж Денис, он недавно на склад устроился. Молодым жить негде, комнаты сейчас стоят бешеных денег. Я сдала им две спальни на шесть месяцев, а тебе оставила маленькую комнату возле входа. Одной женщине больше и не надо.
Наталья медленно посмотрела сначала на Дениса, потом на Дарью. Оба заметно нервничали: мужчина переступал с ноги на ногу, продолжая держать в руках складную сушилку, женщина сжимала ручку дорожной сумки так, что побелели пальцы. По их лицам было видно: они уже поняли, что история пахнет неприятностями, но отказываться от просторного жилья за половину обычной цены им совсем не хотелось.
– То есть вы получили деньги за аренду квартиры, которая вам не принадлежит, – произнесла Наталья отчетливо, делая шаг к столу. – Без доверенности, без согласия собственника, без какого-либо права распоряжаться моим имуществом.
Она достала из кармана телефон, разблокировала экран и открыла вызов.
– Вы вообще понимаете, что это уже похоже на мошенничество?
– Ой, не начинай тут умничать со своими законами! – фыркнула свекровь, но в ее голосе впервые дрогнула тонкая паническая нотка. – Деньги пошли на семейные дела. Я Денису нормальный костюм купила, долги по кредитке закрыла, пока ты тут на такси катаешься и строишь из себя начальницу. Мы одна семья, значит, и делить нужно справедливо, а не по твоим бумажкам!
– Мы с вами семьей не были никогда, – жестко сказала Наталья. – А после сегодняшнего вы для меня просто посторонняя женщина, которая незаконно распорядилась чужой недвижимостью.
Она нажала на значок вызова экстренной службы.
– У вас есть пятнадцать минут, чтобы вещи этих людей оказались в коридоре, а сами они вышли тем же путем, которым вошли.
– Денис, ну скажи ей хоть что-нибудь! – взвизгнула Дарья и дернула мужа за растянутую футболку. – Мы отдали двадцать четыре тысячи гривен наличными прямо на вокзале! У нас расписка есть, пусть и от руки написанная. Мы никуда не уйдем. Мы только с дороги, мы заплатили за жилье!
Наталья даже не повернулась к ней полностью. В трубке уже пошли короткие гудки.
– Мужчина, поставьте сушилку на пол и отойдите от мебели, – спокойно произнесла она. – Женщина, которая взяла у вас деньги, не имеет здесь ни доли, ни регистрации, ни права кого-либо заселять. Если хотите вернуть свои двадцать четыре тысячи гривен, требуйте их с нее сейчас. Потому что через четверть часа вас отсюда выведет полиция.
Связь щелкнула, и дежурный оператор ровным, отработанным голосом попросил назвать адрес и объяснить, что произошло.
Наталья без дрожи в голосе продиктовала улицу, номер дома, подъезд, этаж и код домофона. Затем коротко сообщила о незаконном проникновении в жилое помещение, самовольном заселении посторонних людей и попытке мошеннической сдачи квартиры в аренду. Свекровь метнулась к ней и попыталась вырвать смартфон из руки, но Наталья мгновенно перехватила ее за запястье и отвела руку в сторону.