Подготовку Андрей взял на себя почти целиком: заранее заказал горячие блюда, заехал за десертом, передвинул стол так, чтобы всем хватило места. Я только нарезала салат и хотела достать к ужину свои маринованные огурцы. Именно в этот момент Андрей молча собрал с кухни базилик, лук и несколько банок и вынес всё на веранду.
Гости приехали около семи. Машины оставили во дворе. Кирилл у нас раньше не был, поэтому с порога попросил провести небольшую экскурсию по дому. Андрей охотно повёл его по комнатам: показал гостиную, кабинет, веранду, рассказал, как работает отопление и где зимой удобнее ставить машину.
— После квартиры это совсем другой уровень, — заметил он. — Здесь хотя бы есть где развернуться.
За ужином разговор сначала шёл спокойно: обсуждали ремонт дороги, работу, планы на отпуск. Марина спросила, сложно ли зимой убирать снег на участке. Вторая гостья поинтересовалась, сколько утром уходит времени на дорогу. На все вопросы о доме Андрей отвечал подробно и с явным удовольствием.
Потом Марина обратила внимание на горшок с базиликом на подоконнике.
— Он у тебя правда до осени стоит живой? Я сколько ни пробую посадить — через месяц всё погибает.
— Ему света побольше нужно, — объяснила я. — Зимой просто переставляю ближе к окну.
— А летом что сажаешь?
— Немного зелени, огурцы, пару кустов помидоров. Так, без особого размаха.
Андрей откинулся на спинку стула и усмехнулся:
— У нас всё всегда начинается с этого «немного». А потом внезапно полкухни заставлено банками.
— Сегодня ты как раз эти банки и убрал подальше, — спокойно сказала я.
Марина перевела взгляд с него на меня.
— Какие банки?
— Самые обычные, — ответила я. — Огурцы.
И тут с другого конца стола прозвучало ленивое, почти небрежное:
— Деревенщина, как была деревенщиной, так и осталась.
Андрей произнёс это легко, будто бросил безобидную шутку и уже заранее ждал, что все засмеются. Но смеха не последовало. Кирилл потянулся за салатом и сразу убрал руку обратно. Марина перестала размешивать чай. За столом повисла неприятная тишина.
— Андрей, — сказала я, глядя на него, — если всё так, зачем ты уже третий год живёшь в моём доме?
Улыбка с его лица исчезла мгновенно.
— Ну зачем ты сейчас начинаешь?
— А когда мне начинать? Ты только что это сказал.
— Это была шутка.
— Мне не смешно.
— Можно было не устраивать разборки при гостях.
— Фразу при гостях сказал ты.
Марина попросила передать ей салатницу, Кирилл быстро заговорил со второй парой об отпуске. Никто не пытался нас одёрнуть, помирить или сделать вид, что ничего не произошло. Примерно через час гости начали собираться.
Когда они уехали, Андрей ещё какое-то время оставался во дворе. Я тем временем убирала со стола и раскладывала продукты по местам. Когда он вошёл на кухню, я как раз закрывала холодильник.
— Довольна? — спросил он с порога.
— Нет.
— Зато всем дала понять, кто здесь настоящий хозяин.
— Про документы я не сказала ни слова.
— И не надо было. Твоего вопроса хватило.
Он снял пиджак, повесил его на спинку стула и сел, будто разговор предстоял долгий.
— Ты вообще представляешь, как это выглядит со стороны? Мне сорок лет, я живу в доме жены, который ей купили родители. Любой подумает: отлично пристроился.
— Кто тебе это сказал?
— Никто в лицо такое не скажет.
— Тогда почему ты заранее стыдишься того, о чём люди, возможно, даже не думали?
Андрей некоторое время молча смотрел в тёмное окно, потом устало провёл ладонью по лицу.
— Потому что мне самому это неприятно. Нормальный мужчина должен привести семью в своё жильё, а не въезжать к жене.
Такого объяснения от него я раньше не слышала.
— И чтобы почувствовать себя нормальным, тебе нужно выставлять смешной меня?
— Я тебя смешной не выставляю. Ты просто любое слово воспринимаешь как нападение.
— При гостях ты сказал это обо мне.