— За всё то зло, которое я когда-то тебе причинила. За то, как некрасиво и жестоко вела себя с тобой. Я должна была уважить выбор сына, а не плести интриги и не вставать между вами. Тогда мне казалось, что я всё понимаю лучше других, а на самом деле я просто не хотела видеть, какая ты достойная, надёжная и хорошая. Теперь я понимаю, насколько сильно ошибалась.
Она шумно втянула воздух, будто каждое слово давалось ей с трудом, и продолжила:
— Прости меня за все обидные слова, которые я говорила. За то, что выгнала тебя. За то, что обвинила в краже. За то, что настраивала Андрея против тебя. Мне стыдно, Марина. Очень стыдно. Я должна была стать для тебя близким человеком, поддержкой, почти второй матерью, а вместо этого сделала тебе больно.
Если Татьяна Олеговна всего лишь хотела очистить совесть, она вполне могла бы сказать всё это по телефону. Марина слишком хорошо знала бывшую свекровь и потому сразу почувствовала: за этой встречей скрывается что-то ещё. Она не стала перебивать и лишь молча ждала, куда повернёт разговор.
— В общем… я правда раскаиваюсь, — снова заговорила Татьяна Олеговна, опуская взгляд. — Когда сейчас вспоминаю всё, что натворила, самой на себя противно смотреть. Злюсь на себя за ту слепоту.
— Не вижу смысла снова копаться в прошлом, — ровно ответила Марина. — Сделайте выводы и постарайтесь в будущем поступать иначе. Если вы позвали меня только ради этого, тогда я пойду. Я действительно тороплюсь.
— Нет, нет, подожди! — Татьяна Олеговна резко протянула руку и схватила Марину за запястье, не давая ей подняться. — Я слышала, что у тебя неприятности с мужем. Об этом даже в новостях говорили. Наверное, тебе сейчас очень тяжело.
Она наклонилась ближе и заговорила мягче, почти сочувственно:
— Ты ведь ещё такая молодая. У вас даже детей нет. Как ты собираешься жить дальше? Мне тебя искренне жаль. И я чувствую свою вину за то, что когда-то вмешалась в ваши отношения с Андреем и не дала вам пожениться.
Татьяна Олеговна приложила ладонь к груди.
— Вы ведь любили друг друга по-настоящему. А я всё разрушила. И теперь хочу хотя бы как-то исправить то, что натворила.
— Исправить? — Марина недоверчиво посмотрела на неё. — Что именно вы собрались исправлять? Я замужем. И, несмотря ни на что, я счастлива. На свою жизнь я не жалуюсь. У меня всё хорошо. Да, с мужем случилась неприятная история, но мы справимся. Вместе.
На губах Татьяны Олеговны появилась натянутая улыбка. Она больше напоминала оскал хищника, чем выражение раскаяния. Женщина недовольно фыркнула и по привычке вскинула подбородок. Её настоящая натура почти прорвалась наружу, но она явно сдержалась, стараясь не сорваться на очередную колкость.
— Сейчас тебе кажется, что вы со всем разберётесь, — произнесла она уже холоднее. — Но это иллюзия. Ты должна понять: он многого не сможет тебе дать. Сначала ты начнёшь злиться на него, потом — на саму себя за то, что осталась рядом.
Она говорила всё увереннее, будто заранее отрепетировала каждую фразу.
— Пока ты ещё смотришь на всё через романтическую дымку. Но потом станет хуже. Появятся дети, а помощи от него не будет никакой. Ты будешь срываться, кричать от усталости и обязательно пожалеешь о своём решении. Марина, я осознала свои ошибки. Правда осознала. И я не хочу, чтобы из-за меня ты всю жизнь была несчастной.
Марина молчала, не сводя с неё глаз.
— Андрей до сих пор не может тебя забыть, — продолжила Татьяна Олеговна. — Он не хочет ни с кем встречаться. Говорит, что потерял единственную женщину, которую любил. У вас ещё есть шанс всё вернуть. Брось этого бедолагу и вернись к моему сыну. Теперь ты обеспеченная женщина, и я приму тебя. Всё будет совершенно иначе. Тебе больше не придётся жалеть о выборе и тянуть на себе никчёмного мужа.
Она подалась вперёд, понизив голос, словно предлагала Марине спасение.
— Если ты разведёшься, тебе достанется солидная часть его имущества. Этого хватит, чтобы вы с Андреем купили квартиру.