— Нет, — ровно ответила Валерия. — Я всего лишь показываю бумаги.
— Я могу сообщить заказчикам, что вы…
— И что именно вы им сообщите? — перебила она без раздражения, почти мягко. — Что на вашем сайте опубликован перевод, который вы сейчас называете непригодным? Кстати, на пятьдесят четвёртой странице указано неправильное значение момента затяжки: двенадцать вместо двадцати одного. Я обращала на это ваше внимание письменно. Ваш ответ был: «Это не ваша проблема». Если из-за этой ошибки у клиента выйдет из строя станок, чья это будет ответственность, Олег Сергеевич?
Крамер приоткрыл рот, но слов так и не нашёл. Лариса, всё ещё глядя в планшет, негромко сказала:
— Олег Сергеевич, она говорит по делу. Я вчера вечером подняла договор и проверила сайт.
— Лариса!
— Я только констатирую: юридических оснований не платить у нас нет.
После этих слов переговорная будто застыла. За стеной коротко зазвонил телефон, потом звук оборвался. Крамер смотрел на Валерию тяжёлым, упрямым взглядом человека, у которого доводы уже закончились, а самолюбие — ещё нет.
— Денег сейчас на расчётном счёте нет, — наконец глухо произнёс он. — Немецкий клиент задержал оплату за поставку. Я действительно вам должен. Просто у меня всё зависло.
Валерия несколько секунд молчала.
— С этого и надо было начинать.
— Я так не умею.
— Придётся научиться. — Голос её оставался спокойным. — Я готова дать вам неделю. Если до следующей среды оплата не поступит, я подаю иск. Без скандала, без личных претензий.
— Неделю… — Крамер провёл ладонью по лбу. — Ладно. Договорились.
— И ещё одно. Исправьте на сайте пятьдесят четвёртую страницу. Там должно быть двадцать один.
— Исправлю.
Валерия поднялась, аккуратно сложила распечатки обратно в папку, коротко кивнула Ларисе и вышла из кабинета. Только в лифте она заметила, что пальцы едва заметно подрагивают. Напряжение, которое она всё это время держала внутри, отпустило лишь теперь.
В среду утром на её счёт пришли шестьдесят две тысячи гривен. Без пояснений и сопроводительных фраз. А к вечеру в почте появилось письмо с официальной подписью: «Валерия, благодарю за качественно выполненный перевод. Оплата перечислена в полном объёме. Страница 54 исправлена. Если в ноябре вы будете свободны, у нас есть новое руководство на 120 страниц. Ставка выше. Олег Крамер».
Валерия перечитала письмо два раза, закрыла ноутбук и пошла заваривать чай. Немного подумав, она вернулась и набрала короткий ответ: «Свободна. Предоплата тридцать процентов, акт — по договору».
Через минуту пришло: «Согласен».
Она улыбнулась. Бабушка-бухгалтер, как оказалось, была совершенно права: сперва документы, а уже потом эмоции. И самая крепкая подпись в договоре — та, которую человек ставит тогда, когда больше не может притворяться, будто ничего не видел и не читал.
Конец.