Это была не неловкость и даже не испуг. Скорее раздражение человека, которого уличили в слишком грубой и очевидной промашке.
— Дмитрий, не надо устраивать сцену при людях, — сухо произнесла она.
— Сцену сейчас устраиваю не я, — ответил он.
Я зашла в комнату и опустилась рядом с мужем. Валентина Павловна до конца вечера больше ни разу не перепутала моё имя. Зато перед сном обнаружилось кое-что куда занимательнее.
Её телефон остался на кухонном столе. Экран внезапно вспыхнул — пришло сообщение. Лезть в чужую переписку я не собиралась, но имя отправителя бросилось в глаза сразу: «Алёна».
На экране виднелась всего одна строчка:
«Да, про воскресенье помню. Как думаешь, Дмитрий отреагирует спокойно?»
Я промолчала, развернулась и ушла в спальню. Но теперь мне очень хотелось понять, что именно намечалось на воскресенье.
— Дмитрий, твоя мама до сих пор переписывается с Алёной? — спросила я, когда мы наконец остались вдвоём.
— Наверное, иногда. А почему ты спрашиваешь?
— Завтра сам всё увидишь.
Он попытался вытянуть из меня подробности, но я отвернулась к стене. И впервые за долгое время вместо обиды во мне появилось совсем другое чувство — любопытство.
Утром Валентина Павловна выставила на стол тарелку с сырниками и с бодрой улыбкой сказала:
— Лиза, подай, пожалуйста, джем.
— Конечно, Мария Николаевна, — невозмутимо ответила я.
Ложка в её руке застыла в воздухе.
— Что ты сказала?
— Говорю, сейчас передам джем, Мария Николаевна.
— Меня зовут Валентина Павловна.
— Ой, простите, — я мягко улыбнулась. — С памятью последнее время совсем беда. Беременность, возраст, гормоны… вы же понимаете.
Дмитрий опустил взгляд в тарелку, но я успела заметить, как у него дрогнули уголки губ. Свекровь же смотрела на меня так, будто я только что прошлась грязными ботинками по её белоснежной скатерти.
— Очень остроумно, — процедила она.
— А я и не шучу, Мария Николаевна.
— Немедленно прекрати!
Я спокойно намазала сырник сметаной. Вот теперь внезапно выяснилось, что чужое имя — вовсе не мелочь и не пустяк.
— Мам, — вмешался Дмитрий, — почему тебя это так задевает?
— Потому что она нарочно издевается!
— А ты?
Валентина Павловна уже открыла рот, чтобы ответить, но в прихожей раздался звонок. По какой-то причине свекровь вскочила из-за стола быстрее всех.
Спустя минуту она вернулась не одна.
— Всем привет, — неуверенно произнесла высокая светловолосая женщина, остановившись на пороге кухни.
Дмитрий медленно поднялся со стула.
— Алёна?
Я перевела взгляд на Валентину Павловну. Вот, значит, какое у нас было воскресенье.
— Только давайте без скандалов, — поспешно заговорила свекровь. — Я попросила Алёну привезти документы. После развода у неё остались какие-то бумаги.
— Четыре года? — холодно уточнил Дмитрий. — Четыре года эти бумаги спокойно лежали, и понадобились они именно сегодня?
Алёна покраснела и положила папку на край стола. По ней было видно, что ей самой вся эта ситуация крайне неприятна.
— Валентина Павловна сказала, что ты хотел забрать документы на квартиру.
— На какую ещё квартиру?
И тут побледнела уже Валентина Павловна.