— Поэтому варианты простые: диван в гостиной либо гостиница. Решать вам.
На следующий день Валентина Сергеевна передвигалась по квартире с таким выражением лица, будто несла на себе крест за всё человечество. Она демонстративно вздыхала, поправляла покрывала, переставляла чашки и несколько раз повторила, что сегодня приедет «по-настоящему воспитанный человек, не то что некоторые». Я же внутренне собиралась к бою и заранее рисовала себе Анжелу Борисовну такой же шумной, властной и бесцеремонной, как моя свекровь.
Но вечером на пороге появилась совсем другая женщина: небольшого роста, худощавая, в аккуратном элегантном пальто, с внимательными глазами, в которых читалась усталость и ум. С первого взгляда было понятно — учительница литературы.
— Ириночка, Денис, ради бога, извините меня за этот неожиданный визит, — сказала она сразу, едва сняв обувь. — Валентина уверяла, что вы будете только рады. Но если я создаю вам неудобства, я спокойно сниму номер. Деньги у меня есть.
— Да что ты, Анжелочка, проходи, проходи! — всполошилась Валентина Сергеевна и даже попыталась плечом оттеснить меня в сторону. — Сейчас я тебе их спальню покажу, там постель — как у королей!
— Валентина, хватит, — неожиданно твёрдо произнесла Анжела Борисовна.
Говорила она негромко, но в голосе прозвучала та самая учительская сталь, от которой мгновенно затихает даже самый шумный класс.
— Я лягу там, где мне предложат хозяева квартиры. На этом вопрос закрыт.
За ужином выяснилось, что Анжела Борисовна — редкий собеседник. С ней было легко, интересно и спокойно. Мы просидели за столом почти два часа.
— Кстати, Ириночка, — улыбнулась она, когда я подливала ей чай. — Вы знаете, почему люди так сердятся, когда «кофе» называют средним родом? Когда-то было слово «кофий», мужского рода, отсюда и традиция. Но язык ведь живой, он меняется. Если человек в спешке скажет «одно чёрное кофе», катастрофы не случится, словари разговорную форму уже допускают. Хотя хороший, настоящий кофе всё-таки остаётся «он». Как и хороший муж — крепкий, надёжный и без лишней болтовни.
Денис после этих слов заметно расправил плечи, будто ему вручили медаль, а Валентина Сергеевна сидела мрачнее грозовой тучи. Она-то привезла подругу, чтобы показать мне своё превосходство и окончательно поставить на место, но всё вышло наоборот: сама оказалась лишней на собственном спектакле.
Мы с Анжелой Борисовной обсуждали книги, проценты по ипотеке и даже оконные профили — оказалось, после недавнего ремонта она разбиралась в них не хуже консультанта в строительном магазине. Свекровь заметно закипала. Её тщательно продуманный триумф развалился прямо у неё на глазах.
Концерт Олега Винника прошёл замечательно, Анжела Борисовна уехала довольная и благодарная, оставив нам корзину сумских гостинцев. А уже следующим утром начала собирать чемоданы и Валентина Сергеевна.
Я тем временем, как обычно, собиралась на работу.