— Сядь как человек, — произнесла Наталья таким тоном, каким в зале суда обычно объявляют приговор.
Владимир раздраженно щелкнул языком, однако спорить не стал. Он нехотя выпрямился, отложил телефон и скривился:
— И что это за кипа бумажек?
— Это, Владимир, твоя индивидуальная лекция по гражданскому праву, — спокойно ответила она. — Напомни мне, пожалуйста, в каком виде ты покупал свои роскошные сто двадцать квадратов?
— В каком-в каком… в голом бетоне, — буркнул он. — Дом только ввели в эксплуатацию. И что дальше? Договор купли-продажи был в марте, а расписались мы в сентябре. Квартира приобретена до брака. Любой суд даже слушать твои фантазии о разделе не станет.
— С формальной точки зрения — верно, — кивнула Наталья. — Недвижимость оформлена на тебя до свадьбы. За твои накопления и тот беспроцентный заем, который тебе выдало руководство. Я никогда не собиралась отбирать у тебя квадратные метры. Но ты, при всем своем таланте продавать что угодно кому угодно, в имущественном праве разбираешься примерно как школьник в нейрохирургии.
Она положила на стеклянную поверхность стола первый лист.
— Читай вслух. Пункт два, подпункт три.
Владимир схватил документ с показным раздражением, пробежался глазами по строкам и нахмурился:
— Договор подряда на выполнение капитальных ремонтно-строительных работ… И что? Мы тогда бригаду нанимали.
— Не торопись. Назови заказчика.
— Заказчик… — он запнулся, словно наткнулся на невидимую стену. — Наталья Павловна. Это твои данные до брака?
— Именно. Теперь посмотри дату.
— Июнь того же года, — процедил он. — За три месяца до нашей свадьбы.
— Совершенно правильно. А теперь пункт третий: «Оплата работ производится в полном объеме за счет личных средств Заказчика». И вот приложение к договору: чеки, платежные поручения, выписки с моего накопительного счета, открытого еще до брака. Того самого счета, куда поступили деньги после продажи бабушкиного дома под Переяславом. Ты ведь прекрасно помнишь эту историю.
Лицо Владимира на секунду заметно побелело, но он тут же попытался вернуть себе прежнюю наглость:
— Велика важность! Ну вложила ты какие-то четыреста-восемьсот тысяч гривен в штукатурку и плитку. Через суд получишь компенсацию с учетом износа. Лет через десять, по исполнительному листу. Может, хватит на новый чемодан.
— Четыреста-восемьсот тысяч? — Наталья печально усмехнулась. — Дорогой, ты правда все эти годы думал, что ремонт такого уровня стоит как косметика в хрущевке?
Она придвинула к нему объемную пачку документов, прошитых и заверенных синими печатями экспертной компании.
— Ты настолько привык жить в удобстве, что перестал замечать, из чего это удобство состоит. Ты помнишь, откуда взялась итальянская паркетная доска из массива выбеленного дуба? А канальная система кондиционирования вместе с приточно-вытяжной вентиляцией и трехступенчатой очисткой воздуха тебе тоже кажется мелочью? Шумоизоляция по технологии «комната в комнате», немецкая сантехника скрытого монтажа, медная электропроводка, спроектированная отдельно под эту квартиру, система «умный дом», которая управляет отоплением, светом и климатом, — все это, по-твоему, появилось само?
Владимир не отвечал. Он смотрел в конец экспертного заключения, туда, где стояли цифры, и его самоуверенность таяла прямо на глазах.
— В этот ремонт, — отчетливо сказала Наталья, выделяя каждое слово, — было вложено шесть миллионов четыреста тысяч гривен. Это мои добрачные деньги и средства, которые мои родители передали мне по целевому договору дарения. А сама квартира на момент сдачи дома стоила пять миллионов шестьсот тысяч гривен.
Гостиная погрузилась в вязкую, давящую тишину. Только шелковые шторы едва заметно колыхались в углах от мягкого потока кондиционера.
— И чего ты добиваешься? — наконец спросил Владимир, и голос у него стал глухим, почти хриплым.
— Я подвожу тебя к статье шестьдесят второй Семейного кодекса Украины, — холодно произнесла Наталья. — Личное имущество одного из супругов может быть признано общей совместной собственностью, если за время брака или еще до него за счет общих средств либо за счет имущества второго супруга были сделаны вложения, существенно увеличившие его стоимость. Капитальный ремонт, перепланировка, переоборудование — как раз из этой категории.
Она выдержала короткую паузу, наблюдая, как с лица ее почти бывшего мужа медленно уходит кровь.
— Твоя пустая бетонная коробка без отделки, без перегородок и даже без нормальной электрики оценивалась в пять миллионов шестьсот тысяч гривен. А после всех моих неотделимых улучшений речь идет уже совсем о другом уровне стоимости.