— Не позволяй себе так говорить о моём сыне! — вспыхнула Галина Сергеевна. — Он дело своё пытался раскрутить!
— Дело? — Дарья криво усмехнулась, уже почти без сил. — Вы называете бизнесом перепродажу телефонных чехлов через интернет? Галина Сергеевна, этой квартире больше лет, чем нашему браку. Мне её родная тётя оставила, когда я ещё студенткой была. За год до того, как мы с вашим Артёмом вообще встретились.
Воздух в комнате будто застыл. Тишина стала плотной, неприятной. Только с кухни доносилось ровное капанье воды из плохо закрученного крана.
— Какая ещё… тётя? — голос у свекрови вдруг осип. Она даже наклонилась вперёд, словно не расслышала.
— Нина Павловна. Пусть земля ей будет пухом, — Дарья ладонью смахнула расплескавшуюся воду со стола. — Если сомневаетесь, сходите в ЦНАП, поднимите документы или запросите выписку из реестра. Там ясно указано, когда право собственности было оформлено.
Галина Сергеевна несколько раз растерянно моргнула. Румянец, ещё минуту назад пылавший на её лице, начал сходить.
— А кредит на жильё? — выдохнула она почти неслышно. — Он же говорил… Каждый месяц в банк относил…
— Никакой ипотеки не существовало, — отрезала Дарья. Теперь жалости в ней уже не осталось. — Был автокредит. На тот самый чёрный внедорожник.
Свекровь дёрнулась, будто её толкнули.
— Который ваш Артём прошлой зимой разбил в хлам, когда сел за руль пьяным и въехал в столб, — Дарья уже не могла остановиться. Всё, что годами лежало внутри тяжёлым комом, наконец прорвалось.
Она глубоко вдохнула и договорила:
— Машину списали, восстановлению она не подлежала. Страховая отказалась платить, потому что он был нетрезв. А долг никуда не исчез. Вот его он и гасил все эти годы. Вернее, гасили мы. В том числе из моих денег.
— Нет, — Галина Сергеевна замотала головой. — Быть такого не может… Он бы не стал… Он мне клялся…
— Вы переводили ему по восемь тысяч гривен с пенсии? — Дарья внимательно посмотрела на неё. — Каждый месяц?
— Да, — глухо ответила та. — Исправно. Пенсия у меня неплохая, ещё подрабатываю вахтёршей… Я ведь думала, что помогаю вам. Чтобы у молодых был свой угол, чтобы легче жилось.
Дарья устало опустила веки.
Артём оказался не просто бездельником. Он оказался трусом высшей пробы. Ему было стыдно сказать матери, что он живёт в квартире жены, куда не вложил ни копейки. Стыдно признаться, что дорогую машину, взятую не по карману, он превратил в груду металла. Поэтому он сочинил удобную легенду про ипотеку и годами вытягивал из матери деньги, прикрывая ими собственную глупость.
— Он обманывал вас, Галина Сергеевна, — сказала Дарья уже тише, но твёрдо. — Брал ваши пенсионные деньги, чтобы закрывать свои провалы. А вам рассказывал сказки о том, как тяжело одному содержать семью.
Свекровь сидела в кресле неподвижно, уставившись перед собой. Пальто вдруг стало ей невыносимо тяжёлым, а шёлковый платок на шее будто затянулся туже. Она больше не просила показать бумаги и не требовала доказательств. За свою жизнь Галина Сергеевна научилась слышать правду даже тогда, когда она больно била по сердцу. Слишком многое теперь вставало на свои места.