— …говорит отец мальчика, — произнёс он срывающимся голосом, едва справляясь с волнением. — Мы на карьерах, возле старого гравийного завода. Здесь машина… внизу… и человек внутри. Пожалуйста, приезжайте как можно быстрее.
Тем временем в больничной палате, где у стены стояла прозрачная люлька с новорождённой Полиной, Оксана не находила себе места. Она то подходила к окну, то возвращалась к кроватке, то снова хватала телефон. Отцу она набирала уже несколько раз, но каждый раз слышала одно и то же: абонент недоступен. С каждым таким гудком раздражение внутри неё только росло.
— Да где же тебя носит? — процедила она, глядя на потемневший экран. — Завтра нас выписывают, а тебя как будто ветром сдуло. И что мне теперь делать одной с ребёнком?
Чтобы хоть чем-то занять себя и заглушить тревожную злость, Оксана включила телевизор. Экран резко вспыхнул, палату залил холодный синеватый свет, и почти сразу из динамиков послышался напряжённый голос ведущего. В кадре показали место происшествия: глубокие провалы карьера, насыпи щебня, груды серого камня, натянутую жёлтую ленту и несколько полицейских автомобилей с мигающими маячками.
— …по предварительным данным, автомобиль сорвался вниз с обрыва, — быстро говорил корреспондент. — В салоне обнаружено тело мужчины. Личность погибшего сейчас устанавливается. На месте работают следователи и оперативная группа.
Оксана замерла перед телевизором, не моргая. Картинка менялась слишком резко, будто оператор сам был потрясён увиденным. Камера выхватывала из темноты острые каменные выступы, мокрые откосы карьера, разорванную землю и полицейскую ленту, которая билась на холодном мартовском ветру, словно предупреждающий знак. Между машинами суетились люди в форме, вспыхивали красные и синие отблески, и всё это выглядело не как обычный новостной репортаж, а как сцена из страшной драмы.
Через несколько секунд в кадре снова появился журналист в тёмной зимней куртке. Ветер трепал ему волосы, он одной рукой прижимал к уху наушник, а другой крепко держал микрофон, стараясь говорить громче завывания порывов. В его голосе слышалось волнение, хотя он явно пытался сохранять деловую выдержку.
— Сейчас известно, что в автомобиле находился только один человек, мужчина, — продолжил он. — По информации полиции, он погиб до прибытия спасателей. Официально его личность пока не названа, однако, по неподтверждённым сведениям, на месте были найдены документы на имя Гальперина Константина Сергеевича…
Оксана резко втянула воздух, будто её ударили в грудь. Телефон выскользнул из ослабевших пальцев и с глухим стуком упал на пол.
— Участок здесь не освещается, подъездные дороги в крайне плохом состоянии, а из-за погоды работа спасателей серьёзно осложнена, — всё так же торопливо доносилось из телевизора.
Камера медленно ушла в сторону, показывая изувеченный, смятый автомобиль, вокруг которого уже двигались силуэты людей в форме.