Именно поэтому Алине было особенно странно, что Максим так безропотно дал матери устроить весь этот переезд за него. Хотя уже к вечеру она начала догадываться, как именно всё было провернуто.
Галина Николаевна никому не рассказывала ситуацию целиком. Одному сыну она сообщила, что второй вроде бы не возражает и готов выручить. Второму внушила, что дело почти улажено. Марине сказала, будто Алина и сама подумывала пожить поближе к работе. А саму Алину вообще не сочла нужным поставить в известность — вплоть до того момента, когда к подъезду привезли кровати.
Каждый в этой истории видел только свой маленький фрагмент. А посередине стояла Галина Николаевна и ловко складывала эти фрагменты в удобную для себя картину.
На другой день, ближе к одиннадцати, Алина услышала, как внизу хлопнула подъездная дверь, потом кто-то поднялся и нажал на звонок. На пороге оказалась свекровь. В руках у неё был пакет с продуктами.
— Я пирог купила, — сказала она вместо приветствия. — Давай хоть спокойно поговорим, по-нормальному.
Алина молча отступила, пропуская её в квартиру.
Галина Николаевна сняла обувь, прошла прямо на кухню и тут же принялась доставать покупки из пакета, будто пришла к себе.
— Чай поставишь?
— Поставлю.
Со стороны всё выглядело почти мирно. Алина вынула из шкафа чашки, свекровь нарезала пирог. Первые минуты они даже обменялись парой ничего не значащих фраз — о погоде, о раскопанной дороге возле дома, о том, что рабочие опять всё перекрыли и неизвестно когда закончат.
Но Алина прекрасно понимала, зачем Галина Николаевна явилась. И та, в общем-то, тоже не собиралась долго ходить вокруг да около.
— Я вчера с Максимом разговаривала, — начала она, аккуратно отламывая вилкой кусочек пирога. — Он очень переживает.
— Из-за кроватей?
— Не надо язвить. У него вся семья на взводе.
— А моя, видимо, должна радоваться?
Свекровь положила вилку на блюдце и посмотрела на неё с укором.
— Алина, давай без этих колкостей. Я пришла поговорить по-человечески.
— Давайте.
— Ты ведь понимаешь, в каком они положении?
— Понимаю. Им нужно срочно найти новое жильё в аренду.
— Ну вот, опять ты за своё.
— А за чьё мне быть?
— Тебе что, трудно помочь родным?
— Материально — нет, не трудно.
— Им не деньги нужны!
— Им нужна квартира.
— Именно!
— Моя.
Галина Николаевна раздражённо подвинула к себе чашку.
— Почему ты сразу всё так выворачиваешь? Вы с Кириллом муж и жена. Максим — его родной брат. Значит, и для тебя он не посторонний человек.
— Не посторонний.
— Тогда почему нельзя войти в положение?
Алина спокойно посмотрела на неё.
— В положение войти можно. А вот выехать из собственной квартиры — нельзя.
— Да что ты вцепилась в эти стены? — не выдержала свекровь. — У тебя тут три комнаты. В одной ты спишь, в другой работаешь. Третья вообще закрыта почти всё время.
— И какой из этого вывод?
— У Максима двое детей — девочка и мальчик. Им нужны отдельные комнаты.
— Значит, Максиму нужна трёхкомнатная квартира.
— Так она же вот! — Галина Николаевна широко повела рукой, будто одним этим жестом предъявила неопровержимое доказательство.
Алина невольно усмехнулась.
— Галина Николаевна, хотите, я предложу вариант?
Свекровь сразу насторожилась.
— Какой ещё вариант?
— У вас ведь двухкомнатная квартира.
— И что с того?
— Вы живёте там одна.
Галина Николаевна медленно выпрямилась на стуле.
— Ты к чему клонишь?
— К вашей же логике. Максиму сейчас тяжело. У него двое детей. Вы одна занимаете две комнаты. Отдайте свою квартиру Максиму, Марине и детям.
Свекровь уставилась на неё так, будто ослышалась.
— А мне куда деваться?
— Снимете небольшую студию где-нибудь рядом.
— Ты это сейчас серьёзно сказала?
— Совершенно серьёзно.
— Мне шестьдесят три года!
— И?
— Что значит — и? Я в моём возрасте должна по съёмным квартирам таскаться?
— Почему таскаться? Обычная нормальная студия.
— Я всю жизнь на свою квартиру горбатилась!
— Вот именно.
— Что — вот именно?!
— Это очень сильный аргумент.
Лицо Галины Николаевны пошло красными пятнами.
— Я эту двушку после развода с вашим покойным свёкром получила, потом его долю выкупала! Я себе во всём отказывала! Ремонт собственными руками делала! Да я из этой квартиры только вперёд ногами выйду!
Алина чуть кивнула.
— Я вас отлично понимаю.
— Ничего ты не понимаешь!
— Почему же? Как раз понимаю. Вы не хотите уходить из жилья, которое заработали сами.
— Конечно, не хочу!
— Вот и я не хочу.
Галина Николаевна замолчала.
Алина сделала глоток чая. Несколько секунд на кухне было слышно только ровное гудение холодильника.
— Это совсем другое, — наконец произнесла свекровь.
— Чем именно?
— У тебя есть муж.
— И что?
— Кирилл хорошо зарабатывает.
— Да, зарабатывает.
— Можете снять что-нибудь.
— Максим тоже получает зарплату.
— У него дети.
— Тем более он обязан планировать семейный бюджет так, чтобы детям было где жить.
— Ты всё сводишь к деньгам.
— Нет. Я просто не могу понять, почему мои деньги и моя квартира в вашем представлении сразу превращаются в общий семейный ресурс, а ваши — остаются исключительно личными.
Галина Николаевна нахмурилась.
— Я мать.
— И что это меняет?
— Я всю жизнь детям помогала.
— Хорошо.
— Значит, теперь имею право рассчитывать, что они тоже будут помогать друг другу.
— Кирилл предложил Максиму деньги на залог за аренду.
— Подачку он предложил!
— Почему подачку? Вы же сами говорите, что Максиму нужна помощь.
— Потому что через месяц опять платить за квартиру!
— Так Максим и раньше платил аренду.
Свекровь нетерпеливо махнула рукой.
— С тобой невозможно разговаривать. Ты всё переводишь в цифры, бумаги и какие-то формальности.
— В этой ситуации бумаги как раз очень к месту.
— Какие ещё бумаги?
Алина поднялась, вышла из кухни и через минуту вернулась с папкой. Положила на стол договор купли-продажи.
Галина Николаевна скользнула взглядом по первой странице, но в руки документы брать не стала.
— И что ты этим хочешь сказать?
— Квартира была куплена мной за четыре года до того, как я познакомилась с Кириллом.
— Я в курсе.
— Тогда почему Максим уверен, что она принадлежит Кириллу?
Свекровь резко подняла глаза.
— Кто тебе такое сказал?
— Кирилл.
— Кирилл опять всё не так понял.
— Он вчера говорил с Максимом.
Галина Николаевна сжала губы.
— Я сказала только, что вы супруги и квартира семейная.
— Нет. Вы сказали Максиму, что квартира Кирилла.
— Да какая теперь разница?
— Огромная.
— Вы женаты!
— И?
— Значит, всё общее!
— Нет, Галина Николаевна. Не всё.
Обсуждать юридические нюансы свекровь явно не хотела. Она резко поднялась из-за стола, подошла к окну, постояла там пару секунд и вернулась обратно.
— Вы молодые. Ещё заработаете.
— Тогда Максим тем более заработает.
— У него дети!
— Вы уже это говорили.
— Потому что ты будто не слышишь!
— Я слышу. Просто дети Максима не дают ему права на мою квартиру.
Галина Николаевна схватила сумку.
— Я думала, ты нормальный человек.
Алина тоже встала.
— А я думала, нормальные люди не заказывают мебель в чужую квартиру, пока не спросят владельца.
Свекровь ничего не ответила. Уже у двери она всё-таки обернулась.
— Посмотрим, что Кирилл скажет, когда вернётся.
— Он приезжает сегодня вечером.
По выражению лица Галины Николаевны Алина сразу поняла: этой информации у неё не было.
Кирилл и правда приехал около восьми. Поставил дорожную сумку у шкафа, крепко обнял жену и первым делом спросил:
— Мама приходила?
— Приходила.
— Ну и?
— Теперь она знает, куда можно переселить Максима.
— Куда?
— К ней.
Кирилл несколько секунд молча смотрел на Алину, а потом не выдержал и рассмеялся.
— И как она восприняла?
— Без восторга.
— Удивительно.
— Особенно ей не понравилась идея со студией.
Они поужинали, и после этого Кирилл снова набрал брата. На этот раз разговор занял совсем немного времени.
— Приезжай завтра, — сказал он. — Один. Без вещей. Давай сядем и нормально всё обсудим.
В воскресенье Максим появился примерно к полудню. Без Марины. Без детей. Без коробок, сумок и прочих признаков переезда.
Выглядел он смущённым и неловким. Едва переступив порог, сразу сказал:
— Алин, можно я сначала извинюсь, а потом уже всё остальное?
— Можно.
Они втроём прошли на кухню и сели за стол. Первым заговорил Кирилл:
— Расскажи, что именно тебе сказала мама.
Максим провёл ладонью по затылку.
— Что вы обсуждали мою ситуацию. Что ты вроде сказал: квартира всё равно большую часть времени пустует. Что Алина может временно пожить в студии, пока ты на объекте. Я спросил, а как она сама к этому относится. Мама ответила, что поговорит с ней и там всё нормально.
Алина молчала.
— Дальше? — спросил Кирилл.
— Потом мама сказала, что ты согласился помочь. Я и решил: раз вы оба не против…
— Я предлагал тебе деньги на залог, — перебил его Кирилл.
— Теперь я это понимаю.
— А про квартиру я вообще ничего не говорил.
Максим кивнул.
— Да, уже понял.
Он повернулся к Алине.
— И насчёт самой квартиры я тоже всё неправильно понял.
— В каком смысле?
— Я почему-то был уверен, что квартира принадлежит Кириллу.