Для себя она и распорядилась урожаем. Огурцов закатала не больше, чем сама могла съесть за зиму. Картофель аккуратно перебрала, лучшие клубни спустила в погреб, а лишнее заранее пообещала соседке по дачам: та в этом сезоне почти ничего не посадила, здоровье подвело.
В субботу с утра стояла сыроватая прохлада. Над участками висела тонкая осенняя дымка, трава блестела от росы. Мария Андреевна спокойно выпила чашку кофе, надела тёплую кофту и вышла в сад — пора было вырезать засохшие побеги малины.
К полудню со стороны дороги донёсся знакомый рокот двигателя. Тяжёлая машина подкатила к её участку и резко затихла у ворот. Мария Андреевна сразу поняла: приехал Денис. Но к калитке не бросилась. Как стояла у малинника, так и продолжила неторопливо щёлкать секатором, срезая сухие ветки одну за другой.
Потом хлопнули дверцы. Послышалась возня, недовольные голоса.
— Я чего-то не понял… Это что вообще? — громко возмутился Денис с улицы. — Мам, мы точно туда приехали?
— Туда, Денис, туда, — растерянно отозвалась Галина. — Вон соседская берёза, всё на месте. Ничего не пойму… Мария! Мария Андреевна!
Следом раздались глухие удары по металлу. Денис, судя по звуку, уже бил кулаком по новому забору.
Мария Андреевна положила секатор в плетёную корзину, стряхнула с ладоней сухую труху и только после этого направилась к калитке. Шла медленно, без суеты. Повернула ключ в замке, но створку распахивать не стала — приоткрыла ровно настолько, чтобы можно было посмотреть наружу.
За забором стояла Галина в ярком спортивном костюме. Денис мялся рядом, раздражённо дёргая плечами, а его жена пыталась унять расплакавшегося ребёнка. У машины был открыт багажник, и в нём уже виднелись пустые пластиковые ящики, большие сумки и мешки — будто приехали не в гости, а на заготовительный пункт.
— Мария, это что за представление? — Галина всплеснула руками. — Мы тут уже неизвестно сколько стоим, стучим, кричим! Ты зачем такую стену поставила? У тебя теперь секретный объект, что ли? Открывай, пусть Денис подгонит машину ближе к теплице. Не будем же мы всё это на руках таскать!
Мария Андреевна смотрела на сестру ровно и спокойно. Ни прежней неловкости, ни желания оправдываться внутри уже не было.
— Машину загонять некуда, Галина, — сказала она без раздражения. — Там теперь клумба. А забор я поставила потому, что старый давно разваливался.
— Тогда хоть калитку открой, занесём сумки! — Денис нетерпеливо потянул ручку на себя. — Тётя Мария, ну быстрее. Мы с дороги, есть хотим. Шашлык у вас готов?
— Шашлыка нет, Денис, — ответила Мария Андреевна и даже не отступила в сторону. — Я сегодня гостей не ждала.
На несколько секунд все замолчали. Галина уставилась на неё так, будто перед ней стоял совершенно чужой человек.
— Как это не ждала? — наконец выдавила она. — Я же звонила тебе на неделе! Сказала прямым текстом: приедем за урожаем, готовь ящики. Ты что, из головы выкинула?
— Ничего я не выкинула, Галина, — устало вздохнула Мария Андреевна. — Просто я вам ничем не обязана. Вы приехали за моими овощами, а упёрлись в мой забор. Видимо, на этом ваши бесплатные походы в мой погреб и закончились.
Лицо Дениса сразу потемнело. Он отодвинул мать плечом и подошёл к калитке почти вплотную.
— Это что за шутки такие? — процедил он. — Вы решили нам картошку не дать? Мы из города сюда по пробкам тащились! Вы же сами говорили, что урожая полно. Мы специально сумки взяли!
— А я вот не понимаю, Денис, — голос Марии Андреевны стал твёрже, — с какого момента моя дача стала вашей кладовой? Ты за всё лето хоть раз приехал помочь? Хоть одну грядку перекопал? А ты, Галина, хоть один сорняк здесь выдернула?
— Да при чём здесь это! — взвизгнула сестра. — Ты пенсионерка, у тебя времени вагон! Всё равно целыми днями в земле копаешься. Мы же свои люди, семья, кровь родная! Как тебе не совестно, Мария? Пожалела племяннику ведро картошки! Да подавись ты своими помидорами!
— Не подавлюсь, Галина, — спокойно сказала Мария Андреевна. — Потому что они мне достались честным трудом. И каждая картофелина тоже. Ты хоть представляешь, сколько сейчас стоит привезти машину навоза? Сколько берут за вспашку мотоблоком? А моё здоровье, которое я здесь оставляю с весны до осени, оно вообще ничего не стоит?
Денис презрительно скривил рот.
— Ой, ну началось… Сейчас нам лекцию прочитают. Нашла что считать! Да сколько стоит эта картошка? Гривен двести в базарный день. Мы на бензин больше потратили!
— Если всего двести гривен, тогда поезжай на рынок и купи, — отрезала Мария Андреевна. — Там и выберешь, что понравится, и далеко нести не придётся.