Сначала он только осторожно выбирался за калитку да во двор — будто проверял, можно ли тут чувствовать себя своим. То Полкана подразнит, то возле клубничной грядки присядет и ягод наберёт в ладонь. К работе особой охоты не проявлял, но Татьяна Павловна и не торопила: всему своё время.
А однажды в сельский клуб привезли кино. Фильм был давний, но яркий, красивый, с морем и необычной историей — «Человек-амфибия». Татьяна Павловна уговорила Егора сходить вместе с ней.
Обратно мальчишка шёл возбуждённый, размахивал руками и без умолку пересказывал всё, что увидел. Особенно запал ему в душу этот удивительный «человек-рыба».
— А у нас дома мультики есть, баба Таня! — хвастался он. — Ты таких точно не смотрела. Про капитана Врунгеля, ещё про Урфина Джюса и деревянных солдат. Но кино всё равно классное! А человек-рыба потом умер?
— Да что ты, Егор, не умер, — мягко ответила она. — Он ведь в воде как дома. Значит, будет жить себе в океане.
За такими разговорами они и дошли до хаты. И с того вечера Егора будто подменили. Он сам мог в доме подмести, клубничные усы оборвать, грядки полить. Полкана теперь кормил только он — никому не доверял. С соседскими мальчишками быстро сошёлся, а по вечерам его иной раз и не дозовёшься: бегает, играет, смеётся.
Повеселел ребёнок, ожил. Нашёл на полке старенькую книгу про Робинзона Крузо — ещё Андрей в детстве её зачитывал. Обложка потёртая, страницы пожелтевшие, зато Егор взялся за неё с настоящим интересом. Читал понемногу, но каждый вечер обязательно пересказывал бабушке, что приключилось с Робинзоном, и особенно хохотал над Пятницей. А Татьяна Павловна сидела рядом с вязанием и невольно вспоминала сына: тот в детстве был такой же говорливый, смешливый, с горящими глазами.
В августе неожиданно приехал Андрей. Вошёл сияющий, счастливый, будто помолодевший. Привёз радостную новость: у них с Валерией родилась дочка, Юленька. На следующий день мать с малышкой должны были выписывать из роддома, а он заехал рассказать о внучке и проведать, как тут Егор.
— Пап, мы с бабой Таней хорошо живём, — сразу заявил мальчик. — Мне здесь нравится. Можно я ещё побуду? А сестрёнку потом увижу, когда в школу поеду.
Так Егор и остался у бабушки до сентября. Татьяна Павловна передала через сына подарки для новорождённой: крошечные вязаные носочки, шапочку из мягкого пуха и лёгкое пуховое одеяльце. Для Валерии тоже приготовила — тёплые варежки с маленькими бубенчиками. Андрей поблагодарил мать, крепко её обнял, расцеловал, а Егору пожал руку по-взрослому — серьёзно, с уважением. Потом сел в машину и уехал.
Конец августа подкрался незаметно. В один из тёплых дней Егор носился с ребятнёй по улице, гоняя мяч, когда вдали показалась машина. Дети сразу притихли и расступились, с любопытством провожая её глазами. Автомобиль остановился у дома Татьяны Павловны.
Первой вышла Валерия — полная, усталая, но довольная, с младенцем на руках. Следом появился Андрей. Он осторожно забрал у жены драгоценный свёрток, а Егор уже летел к матери со всех ног.
— Мамочка приехала! — радостно закричал он, но вдруг зацепился за кочку, растянулся на земле и содрал коленку.
Плакать он не стал. Быстро сорвал у обочины лист подорожника и приложил к ссадине — так его научили деревенские мальчишки. Валерия наклонилась, поцеловала сына, взяла его за руку и вместе с Андреем направилась в дом.