Например, привычку беречь свет так усердно, будто каждая включенная лампа способна разорить семейный бюджет. Атмосфера, конечно, загадочная, почти поэтическая, только глаза жалко.
У Натальи Сергеевны брови мгновенно поползли вверх, почти скрывшись у самой линии волос. Андрей Павлович поперхнулся и несколько раз глухо кашлянул в кулак, делая вид, что просто неудачно вдохнул.
— Милая моя, — произнес он с таким видом, будто зачитывал фамильный манифест, — мы относимся к потомственной столичной интеллигенции уже в четвертом поколении. В нашем доме всегда существовали совсем иные представления о воспитании и приличиях.
— Поразительно, — спокойно отозвалась я и сделала маленький глоток воды. — Особенно если учесть, что в этот старый район ваша семья перебралась всего несколько десятилетий назад. Видимо, вместе со сменой времени у предков резко изменились и корни?
Денис, сидевший рядом со мной, едва слышно фыркнул и тут же спрятал улыбку за стаканом. Его родители переглянулись и, не сговариваясь, перешли в наступление. На меня обрушились цитаты из классиков, рассуждения о «настоящей культуре», высоком искусстве и том самом воспитании, которое, по их мнению, передается исключительно по наследству.
Но они явно выбрали не ту мишень. Я привыкла ежедневно разбираться в сложных данных, проверять факты и не теряться, когда на меня давят авторитетным тоном. Поэтому без лишнего шума, вежливо и последовательно объяснила, что их предмет семейной гордости — вовсе не редкий антикварный сервиз, а довольно грубая имитация середины прошлого века. А разговоры о живописи, как выяснилось, держались у них на двух-трех репродукциях, знакомых каждому по школьным учебникам.
— Да как вы вообще смеете?! — сорвалась наконец Наталья Сергеевна и так резко уронила серебряную вилку на тарелку, что та звонко дрогнула. — Провинциальная нахалка! Вы нашему сыну совершенно не пара!
Я без спешки поднялась, разгладила складки на юбке и посмотрела на них уже стоя.
— Спасибо за прием. Вечер получился действительно познавательным. Мясо, правда, было жестковато, но ваша уверенность в собственной непогрешимости с избытком восполнила этот кулинарный недостаток.
Я направилась к двери. И именно тогда произошло то, к чему старшее поколение оказалось совершенно не готово: Денис молча поднялся из-за стола и пошел за мной.
— Денис, ты куда собрался?! — растерянно воскликнул Андрей Павлович.
— С Полиной, — ответил он твердо. — И мне стыдно за вас. Вы гордитесь тем, к чему не приложили ни грамма усилий, — случайностью рождения. А Полина умнее, честнее и человечнее вас обоих.
Вскоре мы сняли уютную квартиру на окраине, много работали, обсуждали планы, копили деньги и чувствовали себя по-настоящему счастливыми. Родители Дениса в ответ объявили сыну бойкот.