— Полина, ну сколько можно закрывать глаза на это показное превосходство его родителей? — Валерия тяжело вздохнула и опустила на стол чашку душистого травяного чая. — Они же смотрят на тебя так, будто ты случайная помеха между их сыном и какой-то безупречной невестой из их фантазий.
К двадцати шести годам я уже занимала должность старшего аналитика в большой финансовой компании. Работа требовала холодной головы, умения просчитывать риски на несколько шагов вперед и выдержки, которой позавидовал бы сапер. Зарабатывала я достойно, квартиру в спокойном районе купила сама и к чужим оценкам давно относилась без особого трепета. В целом жизнь складывалась неплохо. Если не считать одного осложнения — моего любимого Дениса.
Сам Денис был человеком почти идеальным: трудился ведущим инженером-программистом, мог оживить любую сломанную технику, тонко разбирался в архитектуре и не забывал даже самые крошечные даты, важные только для нас двоих. Но у него имелась ахиллесова пята — родители. Они были свято убеждены, что принадлежат к высшему слою общества лишь потому, что их предки поколениями жили в Киеве.
Первая встреча с будущими свекром и свекровью прошла в их большой квартире в старом центре города. Там все тонуло в тяжелых бархатных шторах, воздух был пропитан запахом старинной мебели, залежавшейся пыли и такого плотного высокомерия, что его, казалось, можно было резать ножом.
Наталья Сергеевна, мать Дениса, окинула меня взглядом, каким обычно изучают подозрительный товар на полупустом базаре. Андрей Павлович, его отец, пожал мне руку с выражением человека, который вынужден прикоснуться к чему-то потенциально заразному.
За ужином, где на огромных тарелках лежали микроскопические порции блюд с мудреными французскими названиями, начался настоящий экзамен с пристрастием.
— И из каких же далеких мест вы к нам пожаловали, Полина? — Наталья Сергеевна аккуратно коснулась губ тончайшей льняной салфеткой, будто убирала с них каплю яда. — Очень надеюсь, что у вас там уже появились отопление и электричество?
— Появились, Наталья Сергеевна, — ответила я с самой приветливой улыбкой, не отводя глаз. — Примерно тогда же, когда мы освоили вилки и ножи. А у вас, судя по всему, тоже сохранилось немало старинных привычек.