Марина беззвучно вынула из кармана телефон — тот самый, к паролю от которого Ирина Павловна так настойчиво пыталась подобраться, — и быстро сделала несколько снимков. Она фотографировала каждый лист отдельно, приближая экран так, чтобы отчётливо читались суммы задолженностей, реквизиты и названия микрофинансовых контор. Потом осторожно поставила пакет с тонометром на тумбочку, вышла на лестничную площадку почти на цыпочках и аккуратно притворила дверь, дождавшись сухого щелчка замка.
Дома тем же вечером Марина не стала ни кричать, ни устраивать сцену с порога. Она дождалась, когда Дмитрий вернётся с работы, примет душ и сядет ужинать. На кухне было тихо, под потолком горел тёплый жёлтый свет, а от заварника тянуло чабрецом. Марина поставила перед мужем тарелку, опустилась напротив и молча положила на стол свой телефон с открытой галереей, где были видны фотографии тех самых претензий.
— Это что такое? — Дмитрий нахмурился и наклонился ближе к экрану.
Марина заговорила спокойно, почти сухо, будто зачитывала протокол. Без лишней дрожи в голосе она передала ему всё, что услышала в квартире его матери. Слово за словом рассказала о намерении перевести со счёта около двухсот тысяч гривен, о задумке свалить пропажу на мошенников и о том, что Ирина Павловна была уверена: Дмитрий потом надавит на жену и заставит её забрать заявление из полиции.
Чем дольше она говорила, тем сильнее менялось лицо мужа. Сначала в его взгляде мелькнуло недоумение, потом — неверие, за ним пришёл настоящий шок, а следом поднялась такая холодная ярость, что Марина сразу поняла: он всё осознал. Дмитрий долго разглядывал снимки долговых писем. Желваки у него ходили под кожей, а губы сжались в тонкую бледную линию.
— Значит, заказ из аптеки, — наконец произнёс он глухо и отодвинул тарелку, к которой так и не притронулся. — Значит, у нас, видите ли, в семье не должно быть секретов. Они хотели украсть у тебя деньги, Марина. Не просто из кошелька вытащить — они собирались залезть в твой бизнес, ради которого ты спишь по пять часов в сутки.
— Именно, Дмитрий. Если бы вчера я повелась и ввела пароль прямо у неё перед глазами, сегодня на счёте уже не хватало бы денег на закупку оборудования, — тихо ответила Марина, не отводя взгляда. — Я многое проглатывала. Замечания, упрёки, бесконечные советы, разговоры о том, что я плохая жена и никудышная хозяйка. Но попытку финансового преступления я терпеть не собираюсь.
Дмитрий резко поднялся из-за стола. Несколько раз прошёлся по кухне туда-сюда, сжимая пальцы в кулаки и тут же разжимая их, словно пытался удержать себя в руках.
— Я сам с ними разберусь, — сказал он жёстко, почти металлическим голосом. — Завтра. Позову их сюда, и мы поставим точку раз и навсегда.
На следующий вечер в квартире Марины и Дмитрия прозвенел дверной звонок. Ирина Павловна и Егор вошли с такими лицами, будто их уже заранее вызвали на неприятный разговор. Свекровь держала небольшой пластиковый контейнер с шарлоткой — очевидно, решила подсластить обстановку после вчерашнего случая. Егор топтался у порога, не поднимая глаз.
— В гостиную, — коротко сказал Дмитрий, даже не пытаясь изображать радушие.
Они прошли и сели на диван. Ирина Павловна натянуто улыбнулась, поправляя складки на юбке.
— Димочка, мы пирог принесли. Марина, ты уж не держи на меня зла за вчерашнее. Я женщина немолодая, нервы сдают. Мы же родные люди, должны друг друга понимать. У Егорки сейчас сложный период, я вся извелась…
Дмитрий стоял посреди комнаты, скрестив руки на груди. Марина устроилась в кресле и сохраняла внешнее спокойствие, хотя внутри всё было натянуто, как струна.
— Сложный период Егора меня больше не касается, — перебил мать Дмитрий. Он взял со стола цветные распечатки фотографий тех самых претензий и бросил их на журнальный столик перед гостями. — Меня интересует другое. Расскажи, мама, как именно ты собиралась перевести с телефона Марины двести тысяч гривен на счёт этого бездельника?
Ирина Павловна побледнела мгновенно, будто из неё разом ушла вся кровь. Рот приоткрылся, но слов не нашлось. Егор вжался в спинку дивана и начал затравленно оглядываться, словно искал, куда бы исчезнуть.
— Я… какие ещё двести тысяч? Димочка, ты что такое говоришь? — попыталась изобразить недоумение свекровь, но дрожащий голос выдавал её с головой.
— Не утруждайся ложью, — резко оборвал её Дмитрий. — Марина вчера привезла тебе тонометр и слышала весь ваш разговор в гостиной, включая план похитить деньги с её корпоративного счёта.