Ей это сейчас важнее. А ты ещё молодая, Марина, устроишь свою жизнь. Дмитрий даст тебе немного денег на первое время, чтобы ты не осталась совсем без поддержки, и разойдётесь спокойно, без скандалов.
Дмитрий изобразил на лице сочувствие и важно кивнул.
— Марин, я всё уже подготовил. Документы у меня на руках. Юлия как юрист всё проверила, там комар носа не подточит. Осталось только твоё согласие на передачу дачи — и мы расходимся по-человечески. Если упрёшься, конечно, будем действовать через суд. Но это затянется, и приятного там для тебя будет мало.
Марина не стала отвечать сразу. Она медленно поднялась, наклонилась к лавке, достала свою сумку и вынула оттуда компактный ноутбук. Поставила его прямо на стол, перед растерянной троицей.
Дмитрий нахмурился.
— Это ещё что за представление? Решила нам спектакль устроить?
— Можно сказать и так, — спокойно произнесла Марина, открывая крышку. — Только в этом спектакле главные роли у вас. Слушайте внимательно.
Она нажала на воспроизведение.
Из динамиков раздался хорошо различимый голос Елены Андреевны: «Юлечка… переоформление на Полину… дату поставь задним числом… пусть останется ни с чем…» Следом прозвучал голос Дмитрия, раздражённый и холодный: «Да надоела она мне… пусть катится куда хочет».
В беседке стало так тихо, будто даже ветер за забором перестал шевелить листья. Елена Андреевна побледнела, губы у неё дрогнули, а рот так и остался приоткрытым. Дмитрий дёрнулся, задел бокал, и вино расплескалось по скатерти тёмным неровным пятном.
— Ты… ты нас подслушивала? — выдавила свекровь, прижимая ладонь к груди. На этот раз её испуг выглядел настоящим.
— Нет, — ровно сказала Марина. — Я фиксировала доказательства. Запись уже передана моему адвокату. Копии находятся в двух местах, куда вы точно не доберётесь. Завтра я подаю иск о разводе и разделе всего имущества, нажитого в браке. А ещё — заявление в полицию: о попытке мошенничества, совершённой группой лиц по предварительному сговору, и о подделке документов. Алексей Викторович, наш сосед, бывший следователь, объяснил мне, как всё правильно оформить.
Дмитрий резко вскочил. Лицо его перекосилось от злости.
— Ничего ты не докажешь! Сейчас разобью этот твой компьютер — и всё!
Марина чуть усмехнулась.
— Попробуй. Тогда к вашему списку добавится уничтожение чужого имущества и попытка давления на свидетеля. Хочешь, чтобы вместо условного наказания дело запахло реальным сроком? Решай сам.
Она закрыла ноутбук и медленно посмотрела на каждого из них.
— Никакого нотариального согласия на отчуждение дачи я не подписывала. И не подпишу. Без моего согласия ваша бумажка не стоит ничего. Дача куплена во время брака, значит, это наша общая собственность. И я не позволю переписать её ни на Полину, ни на Юлию, ни на вас, Елена Андреевна.
Свекровь тут же сменила тон. В её голосе появились слёзы, жалость к себе и привычная театральность.
— Мариночка, родная, да что ты такое говоришь! Мы же не всерьёз… Мы просто хотели как лучше, по-семейному всё уладить. Мы всё отменим, только не губи нас!
— По-семейному? — Марина горько усмехнулась. — По-семейному — это когда не строят заговоров за спиной. Когда не пытаются выставить человека на улицу и лишить его дома. Вы мне больше не семья. С этой минуты вы для меня посторонние люди.
Она взяла ноутбук, убрала его в сумку и направилась к дому. Уже у крыльца Марина остановилась и обернулась.
— Дмитрий, собирай свои вещи. И маму не забудь забрать. Развод будет быстрым. А дача станет гостиницей-приютом для животных. Я давно об этом мечтала. Ты, кстати, всегда смеялся над этой идеей. Очень зря.
Спустя месяц всё произошло именно так, как она сказала. Суд учёл представленные записи и признал попытку мошеннических действий. Юлию лишили права работать по юридической специальности. Елена Андреевна получила условное наказание за участие в схеме. Дмитрий отделался большим штрафом, но вместе с деньгами потерял и остатки репутации. Дача полностью перешла Марине.
В один из первых по-настоящему тёплых дней она стояла у входа в своё новое дело — небольшой, светлый и удивительно уютный пансионат для кошек и собак. За оградой радостно лаяли псы, из домиков выглядывали спасённые кошки, а во дворе пахло свежей травой и горячим чаем.
В калитку негромко постучали. Марина открыла и увидела Алексея Викторовича. Он держал в руках коробку, перевязанную простой лентой.
— Поздравляю с новосельем, — сказал он. — Лимонный пирог. Домашний.
Марина рассмеялась — легко, искренне, впервые за долгое время без боли в груди.
— Заходите, Алексей Викторович. Чайник как раз закипел.
Они сидели в той самой беседке, пили чай с пирогом и смотрели, как солнце медленно опускается за деревья. Где-то далеко, в городе, Дмитрий и его мать пытались оправиться от собственного провала. А здесь, среди спасённых животных, тишины и новой жизни, Марина наконец поняла: финал и правда вышел великолепным.