Оставлять я ничего не стала. Домыла до последней ложки, потому что прекрасно понимала: если бросить всё до утра, легче не станет. Жир намертво прилипнет, борщ засохнет на стенках кастрюль, и потом на эту кухню уйдёт ещё больше сил.
На следующее утро Дмитрий сидел за идеально чистым столом, спокойно пил кофе и что-то пролистывал в телефоне.
— Вчера хорошо посидели, — заметил он. — Всем понравилось.
Я ничего не ответила. Кисти ломило, плечи тянуло, поясницу будто выкручивало. Четырнадцать часов подряд я провела на ногах — и не услышала даже простого «спасибо».
Но я снова промолчала. Как привыкла.
Спустя три месяца Дмитрий загорелся идеей устроить шашлыки. Пятнадцать человек, его сослуживцы. По его словам, всё должно было быть «легко и без заморочек»: подумаешь, пожарим мясо.
На деле это «без заморочек» обернулось двумя днями работы для меня. Я замачивала свинину и курицу в маринаде, строгала три разных салата, пекла лепёшки, отваривала картофель, раскладывала овощи, бегала за одноразовой посудой — которой, разумеется, всё равно не хватило, так что пришлось доставать обычные тарелки. Потом я выносила столы во двор, перетаскивала из дома стулья и следила, чтобы всем всего хватало.
Дмитрий тем временем стоял у мангала и переворачивал шампуры.
Один из его коллег, Виктор — широкий мужчина с густыми усами, — откусил кусок шашлыка, промокнул рот салфеткой и довольно произнёс:
— Дмитрий, у тебя руки золотые. Мясо просто бомба.
— Да стараюсь, — улыбнулся Дмитрий, ловко повернув шампуры.
Ни одному человеку не пришло в голову спросить, кто двое суток занимался этим мясом до мангала. Никто не обратил внимания на три огромные миски салатов. Виктор наложил себе уже четвёртую порцию картошки с укропом и, жуя, обратился к Дмитрию:
— Слушай, может, в следующий раз снова у вас соберёмся? У меня двор тесный.
— Да без проблем! — Дмитрий хлопнул его по плечу. — Правда, Марина?
В этот момент я стояла рядом с подносом, заваленным грязными тарелками. Ладони были скользкие от масла, на фартуке — пятна соуса и зелени. Все пятнадцать человек повернулись ко мне.
— Я два дня это готовила, — спокойно сказала я. — Четырнадцать часов: маринад, салаты, лепёшки, картошка, овощи. За всё это мне сказали «спасибо» ровно ноль раз.
Виктор застыл с вилкой возле рта. Дмитрий заметно побледнел.
— Марин, ну ты чего, — он попытался перевести всё в шутку. — Люди же в гостях. Не надо сейчас.
— Я не устраиваю сцену, — ответила я. — Я просто считаю.
Потом, когда мы ехали из магазина — пришлось докупать хлеб, потому что его опять оказалось мало, — Дмитрий долго молчал. Наконец процедил:
— Ты выставила меня перед коллегами.
— А ты меня перед ними двенадцать лет выставляешь бесплатной прислугой, — сказала я. — Только почему-то это никто не замечает.
Он не нашёлся что ответить. Просто включил радио, и всю дорогу до дома мы больше не разговаривали.
Вечером позвонила Ирина, его сестра. После каждого нашего «праздника» она звонила обязательно. Только не мне — Дмитрию. Но из кухни я всё слышала.
— Характер у неё, конечно, — сказала Ирина. — Но ты же мужик, Дмитрий. Это твой дом. Наведи порядок.
Порядок. В их понимании порядок выглядел просто: Марина молчит, улыбается и всех обслуживает.
Я отмыла противень, сняла фартук, повесила его на крючок и ушла спать.
В сентябре Ирина собралась отмечать юбилей. Пятьдесят два года. Дмитрий, даже не спросив моего мнения, великодушно предложил для праздника наш дом. Двадцать пять гостей.
Узнала я об этом только в понедельник. А праздновать собирались уже в субботу. Пять дней на подготовку.
— Дмитрий, — сказала я, — ты снова решил всё без меня.
Он сидел на диване и лениво листал новости в телефоне.
— А куда ей деваться? — отозвался он. — У неё квартира маленькая. А у нас зал большой.
— Зал у нас, — повторила я. — Только готовить опять буду я.
— Она поможет.
Ирина не помогла. В субботу утром она приехала в новом платье, с укладкой и праздничным настроением. Уселась за стол и начала командовать.
— Марина, поставь розы в вазу. Нет, не в эту, в высокую. Марина, скатерть лучше постели белую. Марина, салат режь мельче, у моей подруги с зубами проблемы.
Я молча брала нож и нарезала ещё мельче.
К трём часам всё было готово. За столом разместились двадцать пять человек. Дмитрий откупоривал вино, Ирина сияла и принимала поздравления, а я стояла у плиты и раскладывала горячее по тарелкам.
После второго тоста Ирина потянулась к селёдке под шубой и взяла пробу.