Она на мгновение замолчала, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить.
— Ради этого единственного человека каждый год и распахиваются двери институтов, — тихо добавила Оксана. — И я всегда мечтала стать тем самым одним…
— Насколько мне известно, ты создала новую методику операций на головном мозге, и её применяют в клиниках по всему миру, — заметил Тарас. — Так что, похоже, тебе это удалось.
Оксана удивлённо посмотрела на него:
— Откуда такая осведомлённость?
— Ты серьёзно? Наши родители столько лет дружат. Просто в последнее время они почти не видятся — мои перебрались за город, живут там постоянно. Дом отстроили — загляденье. Но не уходи от ответа. Почему ты здесь? Конфликт в научной среде?
Она отрицательно покачала головой и с усилием сглотнула.
— Всё гораздо проще. И страшнее. Дело в руках.
Оксана медленно вынула ладони из карманов и протянула вперёд.
— Видишь? У меня нет одного пальца. После травмы кисть уже не та. Я больше не могу работать с той точностью, которую требует нейрохирургия. Пришлось уйти. В нашей профессии нет права на промах.
Она тяжело выдохнула, будто признание отняло у неё силы.
— А врачи что говорят? Реабилитация? Может, восстановится чувствительность?
— Нет, — отрезала она. — Чудес не будет. И бессмысленно тешить себя надеждой. Лучше расскажи о себе. Ты женат? Как живёшь?
Тарас отвёл взгляд.
— Не сложилось. Жена ушла… увлеклась другим. Теперь я один воспитываю дочь. Давай без подробностей.
Они некоторое время шли молча, слушая скрип гравия под ногами.
— Чем ты сейчас занимаешься? — нарушила тишину Оксана.
— Столярничаю. Делаю мебель под заказ.
— Неожиданно.
— Хочешь увидеть? У меня мастерская неподалёку. Покажу, над чем тружусь, — предложил он. — Есть интересные работы, которые ещё не забрали заказчики.
— Хочу, — неожиданно для самой себя согласилась она.
— Тогда завтра зайду за тобой к девяти утра. Будь готова.
В мастерской Тараса стоял густой аромат древесины — тёплый, смолистый. Он будто окутывал и успокаивал.
— Вот столы из ясеня, — показывал он. — Там буфет, а это прикроватные тумбы. Сегодня-завтра их увезут.
Оксана медленно провела ладонью по гладкой поверхности.
— Красота. В них чувствуется характер.
В этот момент в дверях появилась женщина.
— Тарас, глянь, пожалуйста, табурет. Опять разболтался, — сказала она.
— Оставляйте, сейчас посмотрю, — спокойно ответил он.
Когда посетительница ушла, Тарас взял табурет, покрутил его, аккуратно разобрал крепления, где-то подтянул, где-то подклеил, заменил деталь и собрал обратно.
— Подсохнет шпаклёвка — покрашу. Будет как новенький, — пояснил он.
Оксана наблюдала за его движениями внимательно, почти заворожённо.
— Знаешь, ты тоже своего рода врач. Только лечишь не людей, а мебель, — улыбнулась она.
— Вполне возможно, — усмехнулся Тарас. — Поможешь?
— С удовольствием.
С тех пор она всё чаще появлялась в мастерской. Сначала робко, потом — как дома. Работа с деревом требовала аккуратности, но иной — более спокойной, размеренной. И её руки постепенно привыкали к новому ритму.
В тот день всё начиналось обычно. Оксана шла к мастерской одна — Тарас уехал к заказчику, а внутри её ждала его дочь, София. Но до двери она не дошла.
Перед ней вдруг возникла та самая женщина, что регулярно приносила на ремонт то стул, то шкаф, то детскую игрушку.
— Наконец-то ты без него! — процедила она сквозь зубы. — Что ты всё время крутишься рядом? Он мой. Убирайся туда, откуда приехала.
Оксана быстро огляделась — улица была пуста.
— Простите, но я не понимаю, о чём вы, — спокойно ответила она.
— Не понимает! — женщина упёрла руки в бока. — К Тарасу моему зачем лезешь?
— Я никуда не лезу, — твёрдо сказала Оксана. Она уже догадалась, в чём дело, и собиралась объяснить, что они с детства знакомы и их связывает лишь дружба. Хотя где-то в глубине души она и не отрицала, что симпатия появилась.
Но договорить она не успела. Женщина внезапно взвизгнула и рванулась вперёд, вцепившись в её волосы.
Оксана не была беспомощной. До семнадцати лет она жила в этом городе и умела постоять за себя. Инстинкты сработали мгновенно. Она перехватила руку, попыталась освободиться, и между ними завязалась короткая, но яростная схватка.
Долго это не продолжалось — на помощь подоспела София, а с ней ещё двое подростков из соседнего двора. Нападавшая, осознав, что перевес не на её стороне, поспешила ретироваться, бросив напоследок злой взгляд.
Через несколько минут Оксана и София уже сидели в мастерской, переводя дыхание.
— Тётя Оксана, я эту… терпеть не могу, — горячо начала София. — Она вокруг папы всё время вьётся. Хочет, чтобы он с ней жил. А он уже не знает, как от неё отделаться…