– Лен, ты серьёзно? – голос Сергея дрогнул, выдавая смесь обиды и неверия. – После пятнадцати лет вместе ты вот так просто… вычёркиваешь меня?
Лена скрестила руки на груди, её тонкие губы сжались в упрямую линию.
– Я не вычёркиваю. Я просто говорю, как есть. Квартира – моя. По закону. Документы оформлены на меня, ещё до свадьбы. Ты же знал об этом, когда мы поженились.
Сергей почувствовал, как внутри закипает злость. Он откинулся на спинку стула, пытаясь собраться с мыслями. За окном шумел осенний дождь, стуча по подоконнику, словно подчёркивая напряжение в комнате. Пятнадцать лет. Дети. Совместные отпуска, ремонты, бессонные ночи, когда болела Соня, их младшая. И всё это – перечёркнуто одной фразой?
– То есть, всё, что я вкладывал в эту квартиру, не считается? – спросил он, стараясь держать голос ровным. – Ремонт, мебель, техника – это всё я на свои деньги делал. Ты хоть помнишь, в каком состоянии была эта двушка, когда мы сюда въехали?
Лена фыркнула, отводя взгляд к окну. Дождь лил всё сильнее, и стекло покрывалось мутными разводами.
– Ремонт? – она подняла бровь. – Серьёзно, Серёж? Ты думаешь, поклеенные обои и новый диван дают тебе право на мою квартиру? Это смешно.
Сергей стиснул зубы. Он до сих пор помнил, как они с Леной полночи спорили о цвете краски для спальни. Как он брал подработку, чтобы купить тот самый дорогущий холодильник, который она так хотела. Как таскал на себе мешки с цементом, когда они выравнивали полы. Но сейчас она смотрела на него так, будто он был чужим человеком, случайно забредшим в её жизнь.
– Ладно, – сказал он, вставая. – Если ты так ставишь вопрос, то я тоже могу напомнить, что не просто так тут жил. Я найду документы. Чеки, квитанции – всё, что подтвердит мой вклад.
– Ищи, Серёж. Ищи. Только не удивляйся, когда адвокат скажет, что твои чеки ничего не значат.
Она развернулась и вышла из кухни, оставив его одного. Сергей смотрел ей вслед, чувствуя, как в груди растёт тяжёлый ком. Дверь в спальню хлопнула, и дом погрузился в тишину, нарушаемую только стуком дождя.
Квартира на четвёртом этаже старой панельки в спальном районе Москвы была их домом с самого начала. Когда они с Леной только поженились, она гордо показала ему ключи от этой двушки, доставшейся ей от родителей. Тогда квартира была в плачевном состоянии: обои отходили от стен, линолеум вздулся, а в ванной текла ржавая труба. Но Лена сияла, будто это был дворец.
– Представляешь, Серёж, – говорила она тогда, – наш дом! Мы сделаем его таким, как захотим.
И они сделали. Вместе. Сергей брал кредит на материалы, ночами клеил плитку, красил потолки, пока Лена, беременная их старшим, Артёмом, приносила ему бутерброды и чай. Тогда они смеялись, спорили, мечтали. А теперь? Теперь она стояла на этой же кухне и заявляла, что он здесь никто.
Сергей прошёл в гостиную, где на полках пылились коробки с документами. Он знал, что где-то там, среди старых счетов и договоров, лежат его доказательства. Чеки за стройматериалы, квитанции за мебель, даже договор на установку новых окон – всё это он хранил. Не потому, что предвидел развод. Просто был таким человеком – аккуратным, любящим порядок.
Он присел на диван, глядя на семейные фотографии на стене. Артём, их пятнадцатилетний сын, с кубком за победу в школьной олимпиаде. Соня, их семилетняя дочка, с косичками и широкой улыбкой. Лена в свадебном платье, смеющаяся, с цветами в руках. Сергей почувствовал, как глаза защипало. Как они дошли до этого?
Развод не был внезапным. Последние пару лет между ними нарастало напряжение. Лена всё чаще упрекала его в том, что он мало зарабатывает. Сергей, инженер в небольшой строительной фирме, старался, как мог, но его зарплаты хватало только на самое необходимое. Лена же, поднявшись до старшего менеджера в крупной компании, всё больше отдалялась. Её новые друзья, корпоративы, командировки – всё это словно выстраивало стену между ними. А месяц назад она просто сказала:
– Я устала, Серёж. Я больше не хочу так жить.
И вот теперь – эта квартира. Их дом. Или, как оказалось, её дом.
На следующий день Сергей сидел в офисе своего друга Миши, юриста, который согласился взглянуть на ситуацию. Миша, лысеющий крепыш с добродушной улыбкой, листал папку с документами, которые Сергей принёс из дома.
– Ну, что скажешь? – спросил Сергей, нервно теребя ручку.
Миша откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по столу.
– Смотри, Серёга, – начал он. – По закону Лена права. Квартира – её добрачное имущество. Если она оформлена на неё, то при разводе ты на неё претендовать не можешь. Это факт.
Сергей почувствовал, как внутри всё сжалось.
– Но ведь я вкладывался! – возразил он. – Ремонт, мебель, всё это…
– Погоди, – Миша поднял руку. – Твой вклад – это другой вопрос. Ты можешь подать на компенсацию. Если докажешь, что внёс значительные средства в улучшение квартиры, суд может присудить тебе какую-то сумму. Но это не то же самое, что доля в квартире.
– Какая сумма? – Сергей нахмурился. – Миш, я не просто обои клеил. Мы полы меняли, сантехнику, окна. Я кредит брал, чтобы всё это оплатить!
Миша кивнул, листая чеки.
– Да, я вижу. У тебя тут приличный набор документов. Чеки, квитанции, даже договор на кухонный гарнитур. Это всё работает в твою пользу. Но, Серёг, – он посмотрел на друга серьёзно, – тебе нужно быть готовым к тому, что Лена будет сопротивляться. Она явно настроена решительно.
– Она хочет оставить меня без всего. Без дома, без детей…
– Погоди, – перебил Миша. – С детьми сложнее. Суд обычно оставляет их с матерью, особенно если она может обеспечить стабильность. Но ты можешь бороться за совместную опеку. А что касается квартиры… Я бы посоветовал тебе собрать всё, что можешь. Договоры, выписки из банка, может, даже свидетелей, кто видел, как ты пахал над этим ремонтом.
Сергей кивнул, но в голове крутился другой вопрос.
– А если дети что-то скажут? Артём, например. Он же всё видел, всё знает.
– Дети редко вмешиваются в такие дела. Но если Артём или Соня захотят высказаться, их мнение могут учесть. Особенно Артёма – он уже не маленький.
Сергей задумался. Артём. Мальчишка, который в свои пятнадцать уже выше отца, но всё ещё приходит к нему за советом, когда не знает, как подойти к девочке в школе. Может, он и правда мог бы что-то сказать? Но тут же Сергей отогнал эту мысль. Нет, нельзя втягивать детей в их с Леной разборки. Это нечестно.
Дома его ждал новый сюрприз. Лена сидела в гостиной с какой-то женщиной в строгом костюме. Адвокат, сразу понял Сергей. Женщина посмотрела на него с профессиональной улыбкой, но её глаза были холодными, как у Лены.
– Сергей, это Наталья Викторовна, – представила Лена. – Она поможет нам с оформлением развода.
Сергей почувствовал, как кровь прилила к лицу.
– Уже? – вырвалось у него. – Ты даже не дала мне шанса поговорить!
Лена посмотрела на него с лёгким раздражением.
– О чём говорить, Серёж? Мы всё решили. Я подала заявление. Через месяц нас разведут.
– А дети? – он шагнул вперёд, стараясь не сорваться на крик. – Ты хоть подумала, как это на них повлияет?
– Дети останутся со мной, – отрезала Лена. – Я могу их обеспечить. А ты… – она замялась, но потом добавила: – Ты всегда можешь снять квартиру. У тебя же есть работа.