— Мы? — я встала. — Когда мы это обсуждали?
Павел наконец закрыл холодильник и повернулся ко мне.
— Лен, ну что ты сразу заводишься? Мама правильно говорит — в семье всё должно быть общее.
— Общее — это одно. А переоформление моей квартиры на тебя — это другое.
— Какая разница? — он пожал плечами. — Мы же муж и жена. Что моё, то твоё, что твоё, то моё.
— Тогда давай переоформим на меня твою машину, — предложила я.
— Это другое. Машина нужна мне для работы.
— А квартира нужна мне для жизни.
— Лена, ты не понимаешь, — он сел за стол напротив меня. — Мама объяснила мне, что это вопрос безопасности. Если квартира оформлена на меня, никто не сможет нас выселить.
— Нас и так никто не может выселить. Это моя квартира.
— Но ты же женщина, — Павел говорил так, будто это всё объясняло. — Женщины эмоциональны, могут наделать глупостей. А я буду защищать наши интересы.
Я смотрела на мужа и не узнавала его. Где тот милый, заботливый парень, который два года назад клялся мне в вечной любви?
— Паша, это квартира моей мамы. Она работала всю жизнь, чтобы выплатить за неё ипотеку. Я не могу просто взять и подарить её.
— Подарить мне, своему мужу! — возмутился он. — Не чужому человеку!
— А в чём? — Павел встал и начал ходить по кухне. — В том, что ты мне не доверяешь? Думаешь, я тебя брошу и выгоню из квартиры?
— Я этого не говорила.
— Но думаешь! — он остановился передо мной. — Знаешь, мама была права. Она говорила, что ты меркантильная, что тебе важнее квартира, чем семья.
— Твоя мама говорила, что я меркантильная? — я почувствовала, как во мне поднимается волна гнева.
— Ну, не прямо так, но смысл такой, — Павел явно понял, что сказал лишнее. — Она просто беспокоится о нашей семье.
— О нашей семье или о том, чтобы получить контроль над моей квартирой?
— Лена! — Павел возмутился. — Как ты можешь такое говорить о моей маме? Она же старается для нас!
— Для нас? Или для тебя?
— Мы семья! — он повысил голос. — Мама, я, ты — мы все семья! И в семье не должно быть секретов и отдельной собственности!
Я встала и подошла к окну. На улице уже темнело, зажигались фонари. Где-то там, в одной из квартир, наверняка жила счастливая пара, которая принимала решения вместе, а не под давлением свекрови.
— Паша, — я повернулась к мужу, — ответь честно. Это твоя идея или твоей мамы?
— Ну, мама предложила, но я согласен. Это разумно.
— А что будет, если я откажусь?
Павел посмотрел на меня с удивлением, как будто такой вариант даже не приходил ему в голову.
— Как это откажешься? Мы же договорились.
— Мы ничего не договаривались. Вы с твоей мамой решили, а меня поставили перед фактом.
— Лена, не драматизируй, — он подошёл ко мне и попытался обнять, но я отстранилась. — Это просто формальность. Квартира как была наша, так и останется.
— Если это просто формальность, тогда зачем её оформлять на тебя?
Павел открыл рот, потом закрыл. Видимо, мама не дала ему заготовку ответа на этот вопрос.
— Мама сказала, что так правильно, — наконец выдавил он.
— А что скажешь ты? Без мамы?
— Я… я думаю, мама права. Она опытнее, она знает жизнь.
Я кивнула. Всё было ясно. Передо мной стоял не мой муж, а сын своей матери. И таким он останется всегда.
— Я не буду подписывать документы, — сказала я твёрдо.
Лицо Павла вытянулось.
— Но… но мы же договорились с нотариусом! Мама уже всё оплатила!
— Пусть вернёт деньги.
— Ты не понимаешь! — он схватился за голову. — Мама будет в ярости! Она столько сил потратила, чтобы всё организовать!
Павел сел на стул и закрыл лицо руками. Я знала, что сейчас он думает не о нашей семье, а о том, что скажет мама.
На следующий день, когда я вернулась с работы, дома уже сидела Татьяна Петровна. У неё был ключ, который Павел дал ей без моего ведома.
— Лена, — она встретила меня ледяным взглядом, — Паша сказал, что ты отказываешься подписывать документы.
— Да, отказываюсь, — я прошла в комнату, не снимая пальто.
Свекровь последовала за мной.
— Ты понимаешь, что разрушаешь семью? Паша очень расстроен.
— Паша расстроен, что не получит мою квартиру, или что вы будете им недовольны?
Татьяна Петровна побагровела.
— Как ты смеешь! Я думаю о вашем благополучии!
— О чьём благополучии? — я наконец сняла пальто. — О моём? Или о том, чтобы прибрать к рукам имущество невестки?
— Невестки? — свекровь усмехнулась. — Ты думаешь, ты первая невестка, которая строит из себя независимую? У Паши до тебя были девушки. И знаешь, что с ними стало?
— Что? — я села на диван.
— Они поняли, что не подходят нашей семье, и ушли. А Паша нашёл тебя. Но если ты будешь упрямиться, он найдёт другую. Помоложе и покладистее.
Это была уже откровенная угроза. Я посмотрела на свекровь — уверенную в себе женщину, которая привыкла, что всё идёт по её плану.
— Татьяна Петровна, если Павел захочет уйти из-за квартиры, пусть уходит. Значит, ему нужна была не я, а моё имущество.
— Не говори глупостей! — свекровь встала. — Паша любит тебя! Но любовь без уважения долго не живёт. А какое уважение, если жена не доверяет мужу?