«Ты в этой квартире никто. Это жильё моего сына, а не твоё!» — бросила свекровь. Но к вечеру невестка достала документ, от которого муж побелел
— Складывай свои вещи и уезжай обратно, откуда явилась. Моему сыну бесприданница в жёны не нужна! — жёстко произнесла Наталья Юрьевна и так поставила чашку на стол, словно уже вынесла приговор, который не подлежал обжалованию.
Екатерина застыла у кухонного окна. В пальцах одной руки у неё было зажато полотенце, другой она невольно вцепилась в край столешницы. За окном тянулся промозглый октябрьский дождь, между серыми высотками спешили люди под зонтами, а в тесной кухне смешались запахи запечённой курицы, кофе и тяжёлого дорогого парфюма свекрови.
Дмитрий сидел за столом, уткнувшись взглядом в телефон. И именно его молчание ранило Екатерину сильнее, чем все слова Натальи Юрьевны.
— Дмитрий, — негромко сказала она. — Ты правда ничего не скажешь?
Муж поднял глаза. В свои тридцать семь он выглядел солидно: высокий, крепкий, с коротко подстриженными русыми волосами и спокойным лицом человека, который привык обходить острые углы. Но сейчас Екатерина увидела на нём хорошо знакомое выражение: брови слегка сведены, губы сжаты, взгляд уходит в сторону.
— Мам, ну зачем сразу так? — пробормотал он без особой уверенности.
— А как, по-твоему, мне надо говорить? — Наталья Юрьевна всплеснула руками. — Вы женаты уже восемь месяцев. Восемь, Дмитрий! Она днями сидит дома, а ты один всё оплачиваешь: коммунальные услуги, продукты, машину. Я долго молчала, смотрела со стороны. Но терпению тоже есть предел.
Екатерина медленно опустила полотенце на стол.
— Вы действительно считаете, что я не зарабатываю?
— Зарабатываешь? — свекровь усмехнулась. — Сидеть за ноутбуком — это теперь работа? Я тоже могу с утра до вечера по клавишам стучать.
Екатерина перевела взгляд на мужа.
Дмитрий снова промолчал.
И в этот миг внутри у неё будто что-то тихо треснуло.
Потому что он-то прекрасно знал, как всё обстоит на самом деле.
К Дмитрию Екатерина переехала всего с двумя чемоданами.
До встречи с ним она жила в небольшом районном городе вместе с матерью, в старой двухкомнатной квартире. Отца не стало несколько лет назад. Мать работала медсестрой, и Екатерина довольно рано поняла: надеяться в первую очередь нужно на себя. После института она устроилась помощником бухгалтера, затем начала вести отчётность для нескольких маленьких фирм, а позже почти полностью перешла на удалённый формат.
Богатой она себя не считала.
Но и бедной никогда не была.
К тридцати четырём годам Екатерина умела сама оплачивать счета, покупать вещи без кредитов и понемногу откладывать на будущее. Она была невысокой, стройной, с мягкими чертами лица и густыми каштановыми волосами до плеч. В ней не было броской самоуверенности, из-за которой люди сразу оборачиваются вслед. Зато было другое — спокойная собранность человека, привыкшего сперва думать, а уже потом произносить вслух.
С Дмитрием они познакомились на юбилее общего приятеля.
Он тогда показался ей открытым, внимательным, лёгким в общении. Много шутил, постоянно предлагал помощь и почти сразу начал звонить каждый вечер. Через несколько месяцев Екатерина уже приезжала к нему на выходные, а спустя год Дмитрий сделал ей предложение.
Смущало её только одно — его мать.
При первой встрече Наталья Юрьевна оглядела будущую невестку очень внимательно, буквально с головы до ног.
— А ваши родители чем занимаются?
— Мама работает медсестрой.
— А отец?
— Папы уже нет.
— Квартира у вашей мамы собственная?
Екатерина тогда даже растерялась от такого вопроса.
— Да, своя.
— Просторная?
Дмитрий рассмеялся, пытаясь перевести всё в шутку:
— Мам, ты что, анкету заполняешь?
Наталья Юрьевна тоже улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.
— Просто хочу понимать, из какой семьи девушка.
Однако Екатерина сразу почувствовала, что на самом деле интересует будущую свекровь.
Не её характер.
Не образование.
И даже не то, как она относится к Дмитрию.
Наталью Юрьевну волновало имущество.
После свадьбы Екатерина перебралась в квартиру мужа. Жильё принадлежало Дмитрию: обычная, но довольно просторная двухкомнатная квартира в новом районе. При каждом удобном случае Наталья Юрьевна напоминала, что когда-то именно она помогла сыну внести первый взнос.
Екатерина никогда не претендовала на эту квартиру.
Уже в первый месяц она сама предложила:
— Давай я буду переводить тебе половину за коммунальные услуги.
Дмитрий тогда только рассмеялся.
— Ты моя жена, а не квартирантка.
— Тогда хотя бы продукты будем оплачивать пополам.
— Катя, перестань высчитывать каждую гривну.
Но она всё равно начала отправлять ему деньги.
Сначала по шесть тысяч гривен.
Потом по восемь.
Бывало, переводила и больше.
Екатерина не уточняла, на что именно уходят эти суммы.
И именно это позже окажется её самой серьёзной ошибкой.
А Наталья Юрьевна тем временем начала появляться в их доме всё чаще.