Тяжёлая фарфоровая супница из давнего чешского сервиза с гулким, влажным треском ударилась о пол и рассыпалась у самых моих ног на мелкую белую крошку. Горячий жирный куриный бульон тут же растёкся по плитке и залил лакированные носы моих новых туфель. Свекровь, Валентина Павловна, даже ресницей не повела. Она стояла посреди рабочей зоны моей цветочной мастерской с видом королевы на чужой территории и брезгливо стряхивала что-то с ухоженных пальцев, будто только что раздавила мерзкое насекомое.
В тот субботний вечер мой подвальный цех в Луцке, все сто сорок квадратных метров, должен был стать для меня местом тишины после тяжёлого дня. Я вернулась с выезда: наша команда только сдала оформление большого загородного фестиваля. Как флорист-декоратор и хозяйка студии премиального аэродизайна, я мечтала всего лишь выдохнуть и выпить горячего чая. Вместо этого на складе меня встретил настоящий разгром. Возле входа уже громоздилась куча чужих клетчатых сумок, а из распахнутого кузова старого грузового фургона Антона, младшего брата моего мужа Андрея, тянуло дешёвым машинным маслом.
— Запомни своё место и не задирай голову, — отчеканила свекровь, поправляя складки дорогого шёлкового палантина. Она смотрела на меня сверху вниз с такой ледяной спесью, с какой титулованные особы, наверное, разглядывают попрошаек у вокзала. — Раз ты у нас всего лишь продавщица шариков и цветочных веников, мы с Андреем решили: хватит заниматься этой девичьей чепухой. С понедельника твой склад декора отдаётся Антону. Он запускает оптовую торговлю строительными смесями, ему срочно нужны площади в центре под цемент и прочие мешки. Твои коробки, искусственные цветочки и баллоны с гелием Антон уже начал выносить. А ты, Мариночка, не стой столбом: бери тряпку, вытри суп, который я привезла мальчикам на обед, и помоги перенести вазы. Не порть мне настроение своей гордыней. Антону нужно поднимать дело.
Я медленно отвела глаза от садовой гортензии, жалко распластавшейся в луже бульона, и посмотрела на мужа. Внутри будто натягивался стальной канат — с сухим звоном, до боли. Этот старый подвальный объект был не семейной игрушкой и не прихотью. Он был моей личной победой, оформленной на моё ТОВ. Я сама, дипломированный дизайнер среды, выкупала его на открытом аукционе, вкладывала деньги в дорогую дренажную систему и держала под контролем каждую инженерную мелочь этого пространства.