«Это мой дом, а не бесплатная гостиница для родни!» — спокойно, но твёрдо сказала Наталья родственникам Дмитрия. А вечером свекровь вынула из сумки бумагу, от которой побледнел даже её собственный сын.
— Завтра вы собираете вещи и уезжаете. Все. И впредь без предварительного звонка сюда не приезжайте, — голос Натальи прозвучал негромко, однако за праздничным столом сразу повисла такая тишина, что стало слышно, как где-то на кухне из неплотно закрученного крана падают капли воды.
Ирина Павловна медленно опустила вилку рядом с тарелкой. Юлия, сестра Дмитрия, замерла, так и не поднеся бокал ко рту. Её муж Андрей перестал жевать. Двое их уже взрослых сыновей обменялись растерянными взглядами: они явно не могли понять, хозяйка дома шутит или действительно только что выставила их за порог.
Один Дмитрий сидел как каменный и смотрел в свою тарелку.
— Ты это сейчас всерьёз сказала? — первой пришла в себя Ирина Павловна. — Это ты мне адресовала?
— Вам. Юлии. Андрею. Всем, кто считает этот дом проходным двором.
— Дима, — свекровь резко повернулась к сыну. — Ты вообще слышишь, каким тоном со мной разговаривает твоя жена?
Дмитрий поднял глаза.
И в этот миг Наталья вдруг ясно поняла: решается не просто исход сегодняшнего вечера. Сейчас на весах окажутся все их семнадцать лет совместной жизни.
Дом они поднимали почти четыре года.
Это был не роскошный коттедж с колоннами, мрамором и показной дороговизной, а обычный добротный дом на окраине небольшого украинского города: просторная светлая кухня, три спальни, гостиная с большим окном, деревянная веранда и небольшой участок земли, где Наталья давно мечтала высадить сирень.
Когда они впервые приехали смотреть этот участок, там торчал один перекошенный куст шиповника, а рядом валялась куча старого битого кирпича.
— Представляешь, — тогда сказал Дмитрий, обняв её за плечи, — вот здесь будет наш дом.
— Наш? — переспросила она, улыбаясь.
— Наш. И старость мы тут встретим.
Наталья тогда рассмеялась.
Им обоим было чуть больше сорока, и слово «старость» казалось чем-то почти сказочным, далёким и не имеющим к ним никакого отношения.
С деньгами было тяжело. Дмитрий работал электриком и хватался за любые подработки. Наталья трудилась администратором в частной клинике, а вечерами ещё вела бухгалтерию в небольшом магазинчике своей знакомой.
От отпусков они отказались совсем.
Старую машину продали.
Наталья два сезона проходила в одном и том же пуховике: каждый раз, когда она уже почти решалась купить новый, выяснялось, что срочно нужны трубы, утеплитель, двери или ещё что-то для стройки.
И всё же, как ни странно, она была счастлива.
По субботам они приезжали на участок с термосом кофе и домашними бутербродами. Дмитрий ставил старое радио, а Наталья красила доски, подметала, собирала строительный мусор, вытаскивала из земли камни.
Иногда они садились отдохнуть прямо на перевёрнутые вёдра.
— Устала? — спрашивал Дмитрий.
— До ужаса.
— Тогда бросаем всё?
— Даже не надейся.
И оба смеялись, потому что понимали: не бросят.
Когда дом наконец был достроен, в первую ночь Наталья почти не спала. Она босиком ходила из комнаты в комнату, проводила ладонью по стенам, поправляла занавески, которые выбирала несколько месяцев, и чувствовала такое глубокое, тихое счастье, какого давно не испытывала.
Вот он.
Их дом.
Их место.
Пространство, где можно закрыть дверь, выдохнуть и жить так, как хочется именно им.
Тогда Наталья ещё не догадывалась, что очень скоро эта самая дверь перестанет быть закрытой.
Первой без предупреждения появилась Ирина Павловна.
Наталья как раз готовила ужин, когда во дворе коротко просигналила машина.
— Кто это? — Дмитрий выглянул в окно.
Через минуту он вернулся уже с улыбкой.
— Мама приехала.
Ирина Павловна вошла с двумя большими пакетами в руках.
— Ну, показывайте свои хоромы!
Она прошлась по всему дому, открывала двери, заглядывала в комнаты и даже в шкафы, будто проводила ревизию.
— Кухня маловата, — вынесла она первый вердикт.
Наталья невольно удивилась. Кухня занимала почти двадцать квадратных метров.
— Нам вполне хватает.
— Пока хватает, — усмехнулась свекровь. — Вот гости начнут приезжать, тогда и посмотрим.
Потом Ирина Павловна вышла во двор.
— А здесь что планируете?
— Хочу посадить сирень, — ответила Наталья.
— Сирень? Зачем землю зря занимать? Тут картошку сажать надо.
— Картошку я могу и купить.
Свекровь посмотрела на неё так, будто невестка призналась в чём-то постыдном.
— Ну конечно. Разбогатели теперь.
Наталья ничего не ответила.
Тогда она вообще слишком часто молчала. Ей казалось, что так правильно.
Не хотелось ссориться.
Дмитрий любил мать.
А после каждой колкости Наталья уговаривала себя: ну что мне стоит уступить, промолчать, не раздувать?
Через неделю Ирина Павловна приехала снова.
Потом ещё раз.
А в июне уже поставила их перед фактом:
— На выходные Юлька с семьёй приедет. Им тоже хочется посмотреть, как вы тут устроились.
Наталья узнала об этом только в пятницу вечером.
— Дим, а меня спросить не нужно было?
— Наташ, ну это же родные.
— Я завтра работаю.
— Да они помогут, не переживай.
Не помог никто.
Юлия приехала с мужем Андреем и двумя сыновьями. С собой они привезли мясо для шашлыка и четыре бутылки вина.
— Раз уж собрались, надо нормально отдыхать! — громко объявил Андрей.
К вечеру вся кухня была заставлена грязной посудой. На новой скатерти расползлось жирное пятно. Один из племянников прошёл через гостиную в обуви, на которой налипла земля.
В воскресенье они уехали.
Наталья потом три часа приводила дом в порядок.
— Дим, — сказала она вечером, когда сил уже почти не осталось, — пожалуйста, в следующий раз предупреждай меня заранее.
— Конечно, — легко согласился он.
Следующий «раз» случился уже через две недели.
И Наталью снова никто не предупредил.
Постепенно родня Дмитрия начала вести себя так, будто этот дом был построен не для Натальи с мужем, а специально для больших семейных посиделок.
— Чего вам тут вдвоём сидеть?
— Воздух какой хороший!
— Места же полно!
— Родные люди должны чаще встречаться!
Летом они приезжали почти каждые выходные. Зимой выбирались на праздники.
На Новый год Юлия привезла с собой ещё какую-то семейную пару.
— Это наши друзья. Отличные люди.
Наталья увела Дмитрия в спальню и закрыла дверь.
— Дмитрий, я этих людей вообще впервые вижу.
— Юлия попросила.