«Тогда и я признаюсь: у меня для тебя тоже кое-что есть» — сказала Мария, спеша домой с собственным тайным решением

Этот странно тёплый вечер казался поразительно важным.

— Мария, ну где ты ходишь? — в телефоне прозвучал нетерпеливый голос мужа. — Мы с мамой тебя уже давно ждём, всё выглядываем, а тебя нет и нет.

— Подхожу уже. На работе пришлось задержаться, — ответила Мария и не стала объяснять, что на самом деле никуда не спешила: просто шла медленнее обычного, ловя последние дни уходящего года.

Снег опускался с неба лёгкими пушистыми хлопьями, а солнце при этом светило так ярко, будто зима на минуту забыла о себе. Воробьи весело перекликались в ветках, и от их щебета казалось, что за окном не декабрь, а самое начало весны.

— Что-то произошло? — спросила она, всё же насторожившись.

— Ещё как произошло, — рассмеялся Дмитрий. — Я жене новогодний сюрприз приготовил, а она домой идти не торопится.

— Сюрприз? Дим, неужели нам всё-таки одобрили ипотеку?

— Вернёшься — сама увидишь, — уклончиво произнёс он.

— Тогда и я признаюсь: у меня для тебя тоже кое-что есть.

— О, уже интересно, — развеселился Дмитрий.

— У хорошего учителя учусь, — улыбнулась Мария.

После этих слов она прибавила шагу. Снег, солнечные блики и щебечущие птицы сразу отошли на второй план.

Изначально Мария не собиралась сообщать о своём решении сегодня. Она хотела дождаться новогодней ночи и произнести всё красиво, почти торжественно, под звон праздничных часов. Но раз уж вечер сам повернул в эту сторону, какой смысл откладывать?

Она наконец решилась продать свою небольшую студию — именно об этом Дмитрий давно просил её, чтобы увеличить первый взнос за будущее жильё. И дело было уже не просто в намерении: покупатель нашёлся, а оформление сделки назначили сразу после праздников.

— Какая же я всё-таки молодец, — тихо похвалила себя Мария.

Она шла дальше, напевая себе под нос новогоднюю мелодию, а потом заметила под ногами замёрзшую лужицу и, как в детстве, с лёгким смехом скользнула по тонкому льду. Впереди её ждал дом, Дмитрий и тот самый сюрприз, о котором он говорил так загадочно.