Однажды Алина заехала ко мне без Андрея. Мы сидели на кухне, пили чай, обсуждали внуков, школу, какие-то бытовые мелочи. И вдруг она, будто между прочим, спросила:
– Мам, а если бы мы тебе всё это время платили за бухгалтерию, сколько бы ты брала?
Я прикинула и назвала приблизительную сумму.
Алина заметно удивилась:
– Серьёзно? Так много?
– Алин, у вас давно уже не маленькая точка, где два человека и три накладные в месяц.
Она взяла телефон, открыла калькулятор, начала что-то умножать, потом нахмурилась.
– Подожди… если за пять лет…
– Не считай, – остановила я её. – В самом начале работы действительно было меньше.
Но она уже считала. Через минуту сказала совсем тихо:
– Всё равно выходит немало.
Я только плечами повела.
Мне совершенно не хотелось превращать то, что я делала для семьи, в задним числом выставленный счёт. Я сама когда-то согласилась помогать бесплатно. И сама же слишком долго не обозначила, где проходит граница.
Но, кажется, именно в тот момент Алина впервые посмотрела на ситуацию не со стороны дочери, а со стороны человека, который понимает цену этой работе.
Она рассказала, что новая бухгалтерская фирма отдельно выставила им оплату за восстановление части документов. Потом добавила ещё один счёт — за задачи, которые не входили в основной пакет обслуживания.
– Андрей каждый раз возмущается, – сказала она.
– А потом?
– Потом платит.
Вот это мне показалось особенно занятным.
Андрей, который пять лет подряд мог забыть отправить мне бумаги, внезапно освоил дисциплину почти идеально. Если Марина писала: «Документы нужны до двенадцатого числа», то одиннадцатого они уже лежали у неё на почте.
Секрет оказался простым: срочная обработка стоила дополнительных денег.
Как-то Алина даже с усмешкой заметила:
– Представляешь, оказывается, Андрей умеет ничего не забывать.
– Очень даже представляю, – ответила я.
Весной у них начались трудности. Один крупный заказчик задержал оплату, пришлось закрывать кассовый разрыв, продажи тоже немного просели. И вскоре дочь снова приехала ко мне.
Я сразу поняла: разговор будет не о детях и не о семейных новостях.
Алина долго подбиралась к теме, говорила о чём-то второстепенном, а потом всё-таки произнесла:
– Мам, может, ты ненадолго снова возьмёшь нашу бухгалтерию?
Я промолчала.
– Всего на пару месяцев. Максимум на три. Пока мы выровняемся. И мы будем тебе платить.
– Нет.
Такого быстрого ответа она явно не ожидала.
– Почему? Ты ведь и так всё знаешь. Тебе даже вникать заново не придётся.
– Потому что я больше не хочу быть бухгалтером вашей семьи.
– Но я же не прошу бесплатно.
– Дело уже давно не в оплате.
Алина обиделась. Сказала, что не понимает, зачем я продолжаю держаться за прошлое, если мы вроде бы всё обсудили и отношения стали нормальными.
Я ответила спокойно:
– Я хочу оставаться для тебя мамой. Просто мамой. Когда у вас всё спокойно, я именно мама. А как только возникает проблема с документами, я сразу превращаюсь в работника, на которого можно переложить вину. Мне такая роль больше не подходит.
Дочь уверяла, что теперь всё было бы иначе.
Может быть.
Но проверять мне уже не хотелось.
Они продолжили работать с бухгалтерской компанией.
А через пару месяцев случилась история, после которой Андрей больше ни разу не заводил разговор о моём возвращении.
У них появился новый поставщик. Нужно было в срок передать бухгалтерии определённый пакет документов. Марина дважды напомнила Андрею, а потом ещё отдельно отправила письмо на рабочую почту.
Он снова закрутился.
Документы ушли позже установленного срока.
На этот раз ничего страшного не произошло, но часть работы пришлось делать в срочном порядке. Компания, разумеется, выставила дополнительный счёт.
Андрей вспылил.
Он позвонил Марине и начал доказывать, что бухгалтерия обязана отслеживать такие вещи, потому что предприниматель не может держать в голове каждый срок.
Позже Алина почти дословно пересказала мне этот разговор.
Марина ответила ему ровным голосом:
– Андрей Дмитриевич, мы напоминали вам два раза. Вот сообщения. Вот письмо на почту. Документы были переданы после срока. Ответственность за своевременную отправку лежит на клиенте.
– Но вы же специалисты!
– Именно поэтому мы заранее вас предупредили.
– А если клиент забыл?
– Тогда клиент оплачивает срочную обработку.
Андрей ещё попытался спорить, но договор лежал перед ним. И там всё было прописано совершенно ясно.
Вечером он неожиданно позвонил мне.
Я подумала, что снова понадобилось что-то уточнить по старым бумагам.
Но Андрей сказал совсем другое:
– Татьяна Юрьевна, я тут одну вещь понял.
– Какую?
– Вы ведь пять лет вот так за мной бегали?
Я невольно рассмеялась.
– Примерно так.
– И часто я отправлял что-нибудь в самый последний момент?
– Хочешь честный ответ?
– Уже не уверен, что хочу.
Я сказала, что первые год-два он был вполне собранным. А потом привык: можно забыть, ведь Татьяна Юрьевна напомнит. Не ответил — она позвонит. Не нашёл нужный документ — она ещё раз спросит и подождёт.
Андрей долго молчал в трубку.
Потом наконец произнёс:
– Тогда со штрафом я был неправ.
Никакой торжественности в его словах не было.