В детстве Андрей лишь посмеивался над такими словами.
А теперь почему-то смеяться совсем не тянуло.
— Дядя Андрей?
— М-м?
— А вы завтра тоже будете у себя?
— Буду. Только после работы.
— Хорошо.
Марк повернулся лицом к стене, свернулся под одеялом и через несколько минут уже спал.
Наутро Андрей проводил его до подъезда.
Ирина ждала у двери. На ней была рабочая куртка, волосы выбились из причёски, под глазами темнели усталые круги. В одной руке она сжимала пакет с продуктами, в другой — телефон, будто всё ещё ждала какого-то звонка.
Увидев Марка, она на мгновение прикрыла глаза.
— Марк…
Мальчик подошёл к ней.
— Где ты был? — спросила она тихо, но в голосе слышалась тревога.
— У дяди Андрея.
Ирина подняла взгляд на Андрея.
— Простите меня.
— За что?
Она отвела глаза в сторону.
— Я должна была прийти раньше.
— Бывает, — сказал Андрей. — Никто не застрахован.
Ирина сильнее сжала ручки пакета.
— У Тамары ночью мать забрали в больницу. Я обещала побыть с ней до утра. А потом в автобусе сама чуть не отключилась.
Она устало усмехнулась, но улыбка вышла горькой.
— Вот такая из меня мать.
— Не надо так говорить.
Ирина посмотрела на него, и в её взгляде было столько вымотанности, что Андрей невольно замолчал.
— Иногда я прихожу домой и понимаю, что у меня уже не осталось сил ни разговаривать, ни думать, — сказала она. — А он ждёт.
Марк стоял рядом, опустив голову, и не вмешивался.
Андрей перевёл взгляд на мальчика.
— Он не должен чувствовать, будто мешает вам жить.
Ирина опустила глаза.
— Я понимаю.
Она присела перед сыном на корточки.
— Марк, если я задерживаюсь, ты мне звонишь. Сразу. Понял?
— Понял.
— И никуда не уходишь, пока не предупредишь меня.
— Хорошо.
Ирина поднялась.
Андрей немного помолчал, потом сказал:
— Если ему снова станет страшно, пусть приходит ко мне. Но сначала пусть обязательно звонит вам.
Ирина удивлённо взглянула на него.
— Вы правда не против?
— Правда.
Она покачала головой.
— Вы слишком добрый человек.
— Не уверен. Просто моя дверь открывается.
Впервые за всё утро Ирина улыбнулась по-настоящему.
— Тогда договорились.
Андрей достал из кармана ключ.
— Можете оставить у меня запасной. Но только если сами разрешаете ему приходить.
Ирина посмотрела сначала на ключ, затем на сына.
— Марк, ты понял? Сначала звонишь мне. Только потом идёшь к Андрею.
— Понял.
Она взяла ключ.
— Спасибо вам.
Так у Марка появился не просто запасной ключ от квартиры.
У него появилось место, где дверь могли открыть именно ему.
С того дня он стал заглядывать почти ежедневно.
Иногда — просто попить чаю.
Иногда — рассказать что-нибудь.
А порой он молча садился за кухонный стол, раскрывал книгу и читал, будто ему достаточно было просто находиться рядом с кем-то взрослым.
Андрей не донимал его вопросами.
Хотел Марк говорить — Андрей слушал.
Не хотел — молча ставил перед ним кружку и пододвигал печенье.
Постепенно мальчик перестал робеть. Он уже сам включал чайник, доставал из шкафа чашку, находил печенье и аккуратно закрывал за собой дверь, когда уходил.
Однажды он пришёл с разбитой губой.
Кровь Андрей заметил ещё в прихожей.
— Что произошло?
— Ничего.
— Марк.
Мальчик стянул куртку и повесил её на крючок.
— Во дворе сцепились.
— Из-за чего?
Марк долго молчал, будто решал, стоит ли говорить правду.
— Сказали, что у меня отца нет.
Андрей открыл морозилку, достал кусок мяса, завернул его в полотенце и протянул мальчику.
— Приложи. Так отёк меньше будет.
Марк послушно прижал свёрток к губе.
— И что ещё они сказали? — спросил Андрей.
Мальчик отвернулся к окну.
— Что я никому не нужен.
Андрей сел напротив него.
— Глупые они.
— А если нет?
— Что значит «если нет»?
— Если это правда. Что я никому не нужен.
Андрей смотрел на него и чувствовал, как внутри поднимается тяжёлая, неловкая боль. Хотелось ответить сразу, уверенно, красиво. Но нужные слова почему-то не находились.
— Болит? — спросил он наконец.
— Чуть-чуть.
— Я не про губу.
Марк опустил глаза.
— Не знаю.
Андрей кивнул.
— Вот это уже честно.
Мальчик еле заметно улыбнулся.
— Дядя Андрей?
— Что?
— А вы скажете мне, если я вам нужен?
Андрей посмотрел ему прямо в глаза.
— Скажу.
— Почему?
— Потому что ты почти каждый день приходишь сюда и ешь мой хлеб.
Марк рассмеялся.
— Я же мало ем.
— Конечно. Особенно когда на столе открытая пачка печенья.
Мальчик снова улыбнулся, но потом улыбка быстро исчезла.
— А если мама когда-нибудь не вернётся? — спросил он почти шёпотом.
У Андрея внутри неприятно сжалось.
— Сначала мы ей позвоним.
— А если она не возьмёт трубку?
— Позвоним ещё раз.
— А потом?
Андрей помолчал.
— Потом будем решать, что делать.
— Вместе?
— Вместе.
Зимой Андрей заболел.
Несколько дней он почти не поднимался с постели, пил чай, сбивал температуру и всё время проваливался в тяжёлый сон.
На третий день в дверь постучали.
На пороге стоял Марк. В руках он держал банку с бульоном.
— Мама передала.
— Спасибо.
— Таблетки вы выпили?
Андрей усмехнулся.
— Ты теперь врачом назначен?
— Нет. Но мама сказала проверить.
Марк прошёл на кухню и поставил банку на стол.
— Вам уже лучше?
— Лучше.
Мальчик внимательно прищурился, будто пытался определить, не обманывают ли его.
— Точно?
— Точно.
— Тогда поешьте.
Андрей рассмеялся и сел ровнее.
— Ну и командир у нас объявился.