Оно датировалось почти четырьмя годами раньше.
«Пока мне удобно. Свою квартиру сдаю, живу у Анастасии, так что почти всю зарплату могу отправлять на досрочное погашение».
Анастасия перестала водить пальцем по тачпаду.
— Дальше смотри.
Следующая запись появилась уже спустя год.
«Если всё будет идти так же, закрою кредит гораздо раньше срока. Главное — сейчас ничего не трогать и не менять».
Потом мы наткнулись на переписку двухлетней давности. Андрей тогда спросил:
«Ну и когда уже свадьба?»
Ответ Дмитрия был коротким, всего одна фраза:
«С ипотекой разберусь — потом подумаю. Сейчас мне вообще невыгодно суетиться».
Анастасия сидела неподвижно, будто экран пригвоздил её к месту.
— Дарь…
— Что?
— Это было два года назад.
Я сразу поняла, что именно она имеет в виду. Уже тогда Дмитрий не воспринимал их свадьбу как решённый вопрос. По крайней мере, с другом он говорил о ней совсем не так, как с Анастасией.
— А со мной он ещё два года обсуждал детей, ресторан, кольца, гостей, — тихо сказала она.
Чуть ниже нашлось совсем недавнее сообщение. Оно было отправлено всего за пять недель до их разрыва.
«Кредит почти добил. Жильцов уже предупредил. Скоро вернусь обратно».
Андрей написал в ответ:
«А Анастасия?»
Дмитрий ответил:
«С Анастасией потом решу. Сначала надо освободить квартиру».
На этом всё стало предельно ясно.
Прямого доказательства, что Дмитрий ещё пять лет назад сел и заранее просчитал всю схему, не было. Вполне возможно, в самом начале он и правда собирался жениться. Может, даже верил в это.
Но последние годы он уже точно видел, что отношения разваливаются. Понимал, что не собирается ничего менять всерьёз. И при этом продолжал жить у Анастасии, пользоваться её жильём, принимать её помощь, поддерживать разговоры о свадьбе и будущем — ровно до тех пор, пока не подготовил себе удобный отход.
На следующий день Дмитрий понял, что заблокирован везде, где только можно. Через неделю он отправил письмо на электронную почту.
«Я не хотел тебя использовать. Просто так получилось».
Анастасия прочитала эти две строчки и молча закрыла письмо.
— Будешь отвечать? — спросила я.
— Нет.
— Вообще ничего?
— А что я должна ему написать? Ипотека закрыта. Квартира свободна. Он получил ровно тот конец, к которому шёл.
Прошло четыре месяца, и мы узнали, что у Дмитрия появилась новая женщина. Ещё через несколько недель стало понятно: большую часть времени он проводит у неё.
Свою квартиру Дмитрий снова сдал.
Когда я рассказала об этом Анастасии, она долго молчала. Потом задала только один вопрос:
— У неё есть своё жильё?
— Да.
Анастасия коротко, почти безрадостно усмехнулась.
— Значит, ему опять повезло.
— Хочешь её предупредить?
Сестра покачала головой.
— Меня предупреждали все пять лет. А я всё равно слышала только то, что мне хотелось слышать.
Кольцо она больше не надевает. Свадебное платье, за которое уже успела внести предоплату, тоже не хранит. Вернуть за него всю сумму не удалось.
Пять лет ей тоже никто не вернул.
А Дмитрий в итоге получил квартиру без ипотеки и ушёл именно в тот момент, когда чужая жилплощадь перестала быть ему нужна для экономии. Был ли это расчёт с самого начала, Анастасия теперь уже никогда не узнает.
Но один вопрос всё равно остался.