— На счёт, к которому у тебя нет доступа.
Валентина уставилась на меня, приоткрыв рот.
— Что ты натворила?
— Сделала ровно то, чему вы так старательно пытались помешать. Защитила свои деньги до того, как вы успели бы распорядиться ими у меня за спиной.
Антон резко поднялся со стула.
— Наталья, ты не имела права просто так переводить такую сумму, даже не поговорив со мной!
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Повтори, что ты сейчас сказал.
— Что?
— Повтори. Только медленно.
До него дошло.
И он замолчал.
Я достала телефон.
— Хотите услышать, почему я это сделала?
Валентина отвела взгляд.
Она знала.
Это было видно сразу.
Я разблокировала экран, открыла фотографию сообщения и вслух прочитала:
— «Только пока не говори Наталье, что квартира будет оформлена на Дарью. Когда вы уже перечислите деньги, ей будет поздно отступать».
После этих слов тишина стала почти нереальной.
Дарья смотрела на мать, не моргая.
Антон прикрыл глаза.
Лицо Валентины побелело.
— Ты рылась в наших сообщениях?
— Нет. Твоё сообщение было открыто на ноутбуке моего мужа. Прямо посреди моей кухни.
— Даже в таком случае ты не имела права…
Я не дала ей договорить.
— А вы имели право забрать у меня 3 600 000 грн, уверяя, что я вкладываюсь в общее дело?
— Никто не собирался тебя обкрадывать!
— Тогда как называется ситуация, когда у человека под ложным предлогом берут деньги, чтобы купить квартиру и оформить её на кого-то другого?
Валентина промолчала.
Дарья вдруг тихо произнесла:
— Мама сказала, что Наталья согласилась.
Я повернулась к ней.
Впервые за весь вечер она выглядела по-настоящему растерянной.
— Нет, Дарья. Я не соглашалась.
Она перевела взгляд на Антона.
— А ты?
Антон ничего не ответил.
И этого молчания было достаточно.
Я тоже встала.
— Завтра никакого перевода не будет.
Валентина будто очнулась и снова обрела голос.
— Тогда мы потеряем задаток!
— Какой ещё задаток?
Тишина вернулась.
И я сразу поняла: это ещё не всё.
— Какой задаток, Антон?
Он провёл ладонью по лицу.
— Четыреста пятьдесят тысяч грн.
У меня внутри всё сжалось.
— Вы уже внесли 450 000 грн?
— Мама должна была дать их заранее.
Я посмотрела на Валентину.
Она отвернулась.
— И правда дала?
Антон не ответил.
Я всё поняла без слов.
— Только не говори…
Он тяжело вдохнул.
— Я взял их с нашего общего счёта.
В этот раз я даже не почувствовала злости.
Во мне просто что-то надломилось.
Наш общий счёт существовал для оплаты квартиры, коммунальных платежей, ремонта и бытовых расходов.
Но никак не для того, чтобы он втайне покупал жильё своей сестре.
— Четыреста пятьдесят тысяч, — медленно повторила я.
— Я собирался потом вернуть…
— После того как забрал бы мои 3 600 000 грн?
— Наталья, всё не так.
— Именно так.
Валентина попыталась вмешаться:
— Антон всего лишь хотел помочь сестре!
Я надела пальто.
— Тогда пусть помогает ей своими деньгами.
Антон шагнул ко мне.
— Куда ты?
Я задержала на нём взгляд.
— Домой.
— Но мы же живём вместе.
— Да. В моей квартире. В той самой квартире, которую твоя мать уже считает моей личной собственностью и использует как повод, чтобы за мой счёт подарить жильё твоей сестре.
Он побледнел.
Валентина сделала шаг в мою сторону.
— Ты же не станешь рушить брак из-за денег!
У двери я остановилась.
— Дело не в деньгах.
Я подняла телефон, который всё ещё держала в руке.
— Дело во лжи.
Потом посмотрела на Антона.
— Завтра утром 450 000 грн должны вернуться на наш общий счёт.
— Их уже нет.
— Значит, найдёшь способ.
— Наталья…
— Когда ты собирался забрать мои деньги, способ у тебя нашёлся. Теперь найди способ вернуть то, что взял.
Я вышла из дома.
Антон вернулся через два часа.