— У тебя ровно три секунды, — холодно добавил он. — Потом я набираю полицию.
Незнакомец зло сузил глаза. Связываться с полицией ему явно не входило в планы. Он дёрнулся к ноутбуку, будто хотел прихватить его напоследок, но Андрей перехватил движение раньше.
— Руки убрал, — произнёс он уже совсем другим голосом, жёстким и глухим. — Оставь на месте.
Спустя минуту чужак выскочил из квартиры, хлопнув дверью так, что дрогнули стёкла. Андрей медленно повернулся к брату.
— Теперь говори, — сказал он тихо. Без крика. Почти без выражения.
Антон всхлипнул, уткнув взгляд в пол.
— Андрей… они бы меня просто прикончили… Я не знал, что делать…
— Ты не знал, как сказать «нет»? — Андрей говорил почти шёпотом, но в этом шёпоте было больше ярости, чем в любом крике. — Ты не мог прийти ко мне и сказать правду? Я вытаскивал тебя из всего этого, вкладывал силы, деньги, время. Сам уже не понимал, на чём держусь. А ты в ответ тащишь из дома чужие вещи? Продаёшь квартиру, которую я тебе оставил, чтобы у тебя был хоть какой-то шанс?
— Да пошёл ты! — внезапно сорвался Антон, и в глазах у него вспыхнула злоба. — Тебе-то легко рассуждать! У тебя всё есть: работа, жена, жильё, нормальная жизнь! А я как был в грязи, так и остался! Ты меня бросил, а теперь ещё стоишь тут и морали читаешь!
Внутри Андрея будто что-то оборвалось. Жалость, чувство вины, привычная обязанность быть старшим и спасать любой ценой — всё это разом осыпалось, как пепел.
— Уходи, — ровно сказал он. — Сейчас. Собирай свои вещи и уходи отсюда.
Антон ещё долго орал, сыпал проклятиями, обвинял его во всём подряд, но Андрей уже не отвечал. Он просто стоял и смотрел, как брат мечется по комнате. Через полчаса дверь за Антоном захлопнулась.
На следующий день Андрей привёл квартиру в порядок, вымыл полы, проветрил комнаты, сменил замки и поехал к Наталье. У её двери он простоял несколько минут, не решаясь нажать на звонок. Когда она открыла, он не стал искать оправданий.
— Прости меня, — сказал он просто. — Я слишком долго ничего не видел. Мне казалось, что я помогаю, а на самом деле рушил нашу жизнь. Я выгнал его. Замки поменял. Больше он не войдёт в наш дом.
Наталья долго смотрела на него. В её взгляде не было радости или мгновенного прощения. Только усталость, боль и осторожная, почти робкая надежда.
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Поехали домой. Ивана ещё из школы забрать надо.
Они вышли и сели в машину. Андрей только завёл двигатель, как телефон в его кармане завибрировал. На экране высветилось имя тёти Татьяны, сестры его покойной матери.
Он несколько секунд молча смотрел на дисплей. Наталья тоже увидела звонок, но ничего не сказала.
Андрей нажал «отклонить». Экран погас.
— Снова? — тихо спросила она.
— Нет, — твёрдо ответил он. — Больше никакого «снова». Я не буду вытаскивать того, кто сам тянет меня на дно.
Наталья отвернулась к окну. Внутри всё ещё болело — от обиды, тревоги, накопившейся усталости. Но где-то глубоко впервые за долгое время вспыхнул маленький огонёк. Не радость. Пока нет. Скорее облегчение. И слабая надежда, что теперь у них получится снова дышать.
Машина тронулась с места. За стеклом плыл дождливый город. Впереди их ждала не сказка с лёгким счастливым финалом, а долгая работа. Трудная, медленная, настоящая. Им предстояло заново учиться доверять друг другу и строить семью так, чтобы она была не тяжёлым грузом, а опорой.