— С какой стати?
Виктория на мгновение умолкла.
Сам вопрос прозвучал так нелепо, что ей потребовалась пауза, чтобы ответить без лишней резкости.
— С той, что эта квартира моя.
— Опять ты за своё!
— Да. Именно за своё.
Андрей резко поднялся со стула.
— Знаешь, мне это уже поперёк горла. Если ты не желаешь жить рядом с моей матерью, тогда сама и уходи!
Ольга Юрьевна застыла на месте.
Да и сам Андрей, кажется, осознал смысл сказанного только после того, как слова уже прозвучали.
Виктория не закричала.
Наоборот, её раздражение будто оборвалось. Она смотрела на мужа спокойно, почти с холодным интересом.
— Куда именно?
— Что — куда?
— Куда ты предлагаешь мне уйти?
— Не придирайся к словам.
— Нет, Андрей, я хочу уточнить. Из какой квартиры ты сейчас меня выгоняешь?
— Виктория…
— Скажи ещё раз. Из какой?
Он отвёл взгляд.
Виктория молча прошла в спальню, открыла шкаф и сняла с верхней полки синюю папку с документами. Вернувшись в комнату, она положила её на стол.
— Давай немного освежим память.
— Я и так отлично знаю, кому принадлежит квартира, — мрачно бросил Андрей.
— Тогда почему ты предлагаешь уйти её владелице?
— Я ляпнул сгоряча.
— Нет. Ты сказал то, что для тебя, видимо, уже стало допустимым.
Ольга Юрьевна поспешила вмешаться:
— Андрей же не имел в виду, что тебе нужно уходить насовсем.
Виктория даже не повернула головы в её сторону. Она раскрыла папку.
— Эту квартиру я купила за четыре года до того, как познакомилась с Андреем.
Муж недовольно дёрнул плечом.
— Я в курсе.
— Прекрасно. Тогда продолжим. Часть суммы я накопила сама. Ещё часть получила, когда продала комнату, доставшуюся мне после бабушки. Остаток закрыла тоже самостоятельно — ещё до нашей свадьбы.
— И что с того?
— Ничего особенного. Просто напоминаю факты.
На самом деле эта квартира появилась у Виктории задолго до Андрея.
Несколько лет она снимала жильё, экономила почти на всём и откладывала деньги на первый взнос. После смерти бабушки ей досталась маленькая комната в старой коммунальной квартире. Виктория продала её, добавила накопленное и смогла купить трёхкомнатную квартиру в обычном доме неподалёку от центра.
Жильё было далеко не идеальным и требовало вложений, поэтому первые годы она приводила его в порядок постепенно.
Одну комнату обустроила под спальню.
Из второй сделала гостиную.
Третью оставила под рабочий кабинет.
Когда в её жизни появился Андрей, квартира уже выглядела именно так.
Они встретились на дне рождения общего приятеля. Тогда Андрей работал в сервисной фирме, постоянно мотался по городу и почти при каждой встрече жаловался на пробки. Виктория первое время вообще не рассматривала его как будущего мужа. Они просто пару раз выпили кофе, потом начали видеться чаще, а со временем стали проводить вместе выходные.
Через десять месяцев Андрей переехал к ней.
Не потому, что Виктория мечтала поскорее выйти замуж.
Скорее наоборот: она считала разумным сначала пожить вместе и понять, получится ли у них спокойно делить один быт.
Почти год они так и прожили.
Покупали продукты, договаривались о домашних обязанностях, ссорились из-за пустяков, мирились, привыкали друг к другу.
Андрей прекрасно знал, откуда взялась эта квартира.
В её покупку он не вложил ни гривны.
Своей собственностью её никогда не называл.
И Виктория без необходимости тоже не подчёркивала этот факт.
После регистрации брака квартира для неё действительно стала их общим домом — в бытовом, человеческом смысле.
Андрей выбирал бытовую технику, свободно пользовался всеми комнатами, звал друзей в гости. Виктория не делила шкафы, полки и квадратные метры на «моё» и «твоё».
Но всё это имело смысл ровно до того момента, пока муж не решил, что право жить в квартире автоматически даёт ему право распоряжаться ею без согласия хозяйки.
— После свадьбы это всё равно наш общий дом, — упрямо сказал Андрей.
— Дом — да. Собственность — нет.
— Снова эти юридические тонкости.
— Это не тонкости, Андрей. Это реальность.
— Я здесь живу уже несколько лет.
— И никто тебя отсюда не выставлял.
— Зато выходит, что я здесь никто.
— Нет. Выходит, что ты мой муж. А от мужа я ожидала хотя бы разговора перед тем, как он решит поселить здесь свою мать на полгода.
— Я хотел ей помочь!
— За мой счёт.
— Почему сразу за твой?
Виктория кивнула в сторону кабинета.
— Потому что ты ничем не пожертвовал.
Андрей не нашёлся, что ответить.
— Ты мог предложить маме деньги на аренду, — продолжила она уже ровнее. — Но не предложил. Потому что тебе нужна машина.
— И что в этом такого?
— Ничего. Просто твои планы для тебя важны. А мои, значит, могут подождать.
— Ты работаешь из дома всего три дня в неделю.
— А твоя мама получает деньги за свою квартиру все семь дней в неделю.
Ольга Юрьевна вспыхнула.
— Ты теперь мне каждую гривну считать собираешься?
— Нет. Я не претендую на ваши деньги и никогда на них не претендовала. Поэтому мне особенно непонятно, почему вы решили претендовать на мою комнату.
— Я ни на что не претендую!
— Тогда почему вы всё ещё здесь живёте?
На этот вопрос свекровь ответить не смогла.
Андрей снова взял слово:
— И что ты теперь предлагаешь?
— Очень простой вариант.
Виктория закрыла папку.
— Ольга Юрьевна, у вас есть несколько дней, чтобы съехать.
— Сколько именно?
— До среды.
— Ты серьёзно?
— Более чем.
— И куда, по-твоему, я должна идти?
— Можете связаться со своими жильцами и вернуть им деньги, если договор позволяет досрочно прекратить аренду. Можете снять другое жильё и оплачивать его из тех средств, которые получаете за собственную квартиру. Можете пожить у родственников, если они согласятся вас принять. Решение за вами.
— А если я не уеду?
— Уедете.
В голосе Виктории не было ни визга, ни надрыва, ни угрозы.
И именно это спокойствие, похоже, подействовало сильнее любого скандала.
Ольга Юрьевна растерянно посмотрела на сына.
— Андрей?
Виктория перевела взгляд на мужа.
— А ты сам подумай, где собираешься жить дальше.
— Меня ты тоже выгоняешь?
— Нет. Я предлагаю тебе определиться, устраивает ли тебя брак, в котором нельзя заселять людей в квартиру без согласия второго супруга.
— Ты ставишь мне ультиматум.
— Нет, ультиматум прозвучал несколько минут назад. Это ты предложил мне уйти из моей же квартиры.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
Андрей первым отвёл глаза.
— Прекрасно.
Он произнёс это вызывающе, будто бросал ей перчатку.
— Раз так, мы уйдём оба.
— Хорошо.
Такого ответа он явно не ожидал.
— И всё?
— А что ещё я должна сказать?
— Ты даже не попытаешься меня остановить?
Виктория посмотрела ему прямо в лицо.
— Удерживать взрослого человека, который сам решил уйти, бессмысленно.
Ольга Юрьевна тут же принялась собираться.
Причём делала это нарочито шумно: выдвигала ящики так, что те стучали, резко застёгивала чемодан, громко просила Андрея подать пакеты и помочь вынести вещи.
Виктория не вмешивалась.
Она убрала документы обратно на место и освободила кресло от вещей свекрови.
Потом проверила кабинет, чтобы там не осталось ничего чужого.
— Довольна? — спросил Андрей, проходя мимо неё с чемоданом в руке.
— Нет.
— А по тебе не скажешь.
— Значит, ты опять ошибаешься.
— Ещё неделю назад всё было нормально.
— Неделю назад в моём кабинете не стояла раскладушка.
— У тебя вся жизнь вокруг этого кабинета крутится.
— Нет, Андрей. Всё крутится вокруг того, что ты решил за меня.
Он промолчал.
Ольга Юрьевна возвращаться в собственную квартиру не захотела.
Во-первых, для этого пришлось бы объясняться с жильцами и договариваться о досрочном расторжении аренды.
Во-вторых, терять стабильный доход ей совершенно не улыбалось.
Поэтому довольно быстро нашёлся другой выход.
Её двоюродная сестра Ирина жила в небольшой двухкомнатной квартире и согласилась временно приютить родственницу.
Андрей уехал вместе с матерью.
Перед уходом он забрал часть одежды, ноутбук, зарядные устройства и спортивную сумку.
— Остальное потом заберу, — бросил он.
— Хорошо.
— Завтра мне не звони.
— Не буду.
Он задержался в прихожей.
Судя по всему, ожидал совсем другой реакции: просьб, слёз, попыток остановить. Но Виктория просто открыла входную дверь.
— Ключи оставь.
Андрей резко обернулся.
— Что?
— Если ты решил пока жить в другом месте, оставь ключи.
— Ты уже совсем?
— Ты сам сказал, что уходишь. Я не хочу, чтобы кто-то заходил сюда без предупреждения.
— Я твой муж.
— Именно поэтому ты можешь позвонить и договориться о времени.
Несколько секунд Андрей смотрел на неё молча. Потом снял ключи со связки и положил их на тумбу у двери.
— Отлично.
— До свидания, Ольга Юрьевна.
Свекровь не ответила.
Дверь закрылась.
Виктория сразу набрала знакомого мастера и договорилась, чтобы на следующий день он заменил личинку в замке.
Не потому, что она всерьёз ждала ночного возвращения или какого-то вторжения.
Просто после всего случившегося ей хотелось точно понимать, кто имеет доступ в её квартиру.
В субботу она занялась кабинетом.
Раскладушку Андрей забрал с собой.
Оставшиеся мелочи Ольги Юрьевны Виктория сложила в один пакет и написала мужу, что вещи можно забрать в любое удобное время, но только по предварительной договорённости.
После этого она села за рабочий стол.
В комнате снова стало просторно.
Никто не искал потерянную зарядку.
Никто не просил закончить работу пораньше.
Никто не доказывал ей, что для ноутбука вполне достаточно кухонного стола.
И только теперь Виктория поняла, насколько сильно всего за одну неделю собственный дом начал её раздражать.
Андрей не звонил три дня.