— Твои родители могли бы выделить и нам хоть какую-то часть денег. От них бы не убыло.
Эту фразу моя свекровь Наталья произнесла между делом, отрезая себе еще один кусок торта.
Она даже не потрудилась поднять глаза. Сказала так буднично и спокойно, что первые несколько секунд я всерьез решила: мне послышалось.
Я медленно поставила чашку с кофе на блюдце.
— Прости, что ты сказала?
Наталья наконец посмотрела на меня.
Рядом со мной Андрей, мой муж, будто окаменел. А его сестра Валерия, сидевшая напротив, внезапно уткнулась в телефон с таким видом, словно на экране происходило нечто невероятно важное.
До этого семейный обед шел совершенно обычно.
Мои родители, Михаил и Елена, недавно продали небольшой дом за городом, который купили почти тридцать лет назад.
Это не была роскошная вилла или огромный особняк.
Обычный старый домик примерно в сорока километрах от города. В детстве я проводила там почти каждое лето.
Последние годы родители все чаще говорили, что им уже тяжело заниматься садом, следить за ремонтом, постоянно что-то чинить и поддерживать участок в порядке. В конце концов они нашли покупателя.
Дом ушел за 8 370 000 грн. После налогов, оформления, расходов и выплаты небольшого остатка долга у них осталась вполне приличная сумма.
И, как выяснилось, утром они совершили ужасную ошибку.
Они рассказали нам о своих планах.
Часть денег родители собирались отложить на спокойную старость, еще часть — вложить в ремонт ванной в своей квартире, а потом хотели устроить себе трехнедельную поездку по Украине, о которой давно мечтали.
Кроме того, они решили передать мне 675 000 грн.
— Пусть у вас будет запас, — сказал тогда отец. — Мы не хотим, чтобы вы спустили их на ерунду. Просто сохраните на что-то действительно нужное.
Я пыталась отказаться.
Но родители настояли, чтобы я приняла эти деньги.
Когда я рассказала об этом Андрею, он выглядел искренне радостным.
— У тебя потрясающие родители, — сказал он мне.
Это было утром.
А уже днем мы сидели у Натальи.
И теперь моя свекровь рассуждала о деньгах моих родителей так, будто речь шла об общем семейном наследстве, распределение которого почему-то зависело от нее.
— Я всего лишь сказала, — повторила Наталья, — что они могли бы проявить немного больше щедрости.
Я посмотрела ей прямо в глаза.
— Щедрости по отношению к кому?
Свекровь слегка вздохнула, будто я задавала глупые вопросы.
— К нам, Дарья. К семье.
— Мои родители дали мне шестьсот семьдесят пять тысяч гривен.
— Тебе, — с нажимом произнесла Наталья.
— Да. Мне.
— Вот именно.
Я нахмурилась.
— Не понимаю, к чему ты ведешь.
— Тут нечего не понимать. Твои родители получили крупную сумму. У вас с Андреем все нормально: работа есть, квартира есть, две машины…
Андрей неловко заерзал на стуле.
— Мама…
— Что мама? Я просто говорю как есть.
После этого Наталья снова повернулась ко мне.
— Например, Валерия до сих пор выплачивает кредит.
Золовка тут же вскинула голову.
— Мам, не надо…
— Надо, — отрезала Наталья. — Мы же одна семья.
И в этот момент до меня дошло.
Это не было случайной репликой, сорвавшейся с языка.
Они уже обсуждали это.
Скорее всего, еще до нашего прихода.
Я посмотрела на Валерию.
Потом на Наталью.
И наконец — на Андрея.
— То есть вы уже успели мысленно поделить деньги моих родителей между собой?
За столом мгновенно повисла тяжелая тишина.
Андрей на секунду прикрыл глаза.
Валерия положила телефон на стол.
Наталья крепко сжала губы.
— Не устраивай спектакль.
Я откинулась на спинку стула.
— Я не устраиваю спектакль. Я задаю вопрос.
— Никто ничего не делил.
— Тогда почему мы вдруг обсуждаем кредит Валерии?
— Потому что ей нужна помощь.
— И какое отношение к этому имеют мои родители?
Наталья аккуратно положила вилку на тарелку и, тщательно подбирая слова, произнесла мое имя.