— А мы с тобой, если что, прекрасно устроимся на кухне на раскладушке. Не хоромы, конечно, зато по-семейному, — добавила Валерия уже почти ласково.
После этих слов она скрылась в ванной, оставив Даниила стоять посреди коридора и молча осмысливать услышанное.
На самом деле никакой спонтанности в её решении не было. Этот ход Валерия продумала ещё несколько дней назад, когда Тамара Павловна впервые осторожно начала жаловаться на «пошатнувшееся здоровье» и «невыносимый топот соседей сверху». Валерия тогда не стала спорить, а тихо подключила старые семейные связи и навела справки. Женская смекалка, как выяснилось, снова оказалась точнее любого плана. Она отыскала человека, перед которым свекровь теряла всю свою напускную уверенность быстрее, чем перед налоговой проверкой и ростом цен на продукты вместе взятыми.
На следующий день, ближе к обеду, в прихожей щёлкнул замок.
Валерия даже не выглянула сразу из кухни. Она невозмутимо нарезала сыр, прислушиваясь к возне у двери, тяжёлым шагам и выразительному покряхтыванию.
— Аккуратнее, сынок, не тряси сумку, там лекарства, — раздался из коридора капризный, но властный голос Тамары Павловны. — Ох, какая духота в подъезде… У меня уже всё перед глазами кружится. Достань корвалол, быстрее.
Валерия спокойно отложила нож, вытерла ладони бумажным полотенцем и вышла встречать гостью. Свекровь выглядела на удивление свежо для женщины, которая только что почти лишилась чувств. Губы были тщательно накрашены яркой коралловой помадой, на груди поблёскивала привычная золотая брошь, а волосы, недавно подкрашенные в густой баклажановый оттенок, лежали аккуратной волной.
— Здравствуй, деточка, — протянула Тамара Павловна и театрально прижала пухлую ладонь к груди. — Уж простите, что вынуждена вас потеснить в вашей же квартире. Но врачи велели полный покой и постельный режим. Я, пожалуй, сразу в спальню. Прилягу. Там окна хорошие? Не продувает?
— Разумеется, Тамара Павловна, — с безупречной вежливостью ответила Валерия и указала рукой на комнату. — Проходите. Ортопедический матрас уже ждёт вас.
Свекровь метнула торжествующий взгляд в сторону сына. Даниил тем временем хлопотал возле порога с огромными пакетами, из которых доносился подозрительный звон. Судя по их размерам, Тамара Павловна захватила с собой не только аптечку, но и значительную часть шкафа.
И именно в эту секунду в дверь позвонили. Два коротких, уверенных звонка прозвучали так настойчиво, что все невольно обернулись.
— Это ещё кого принесло? — раздражённо поморщился Даниил и шагнул к двери. — Наверное, соседи опять что-то просят.
Он распахнул дверь — и замер.
На площадке стоял высокий седой мужчина в добротном тёмно-синем плаще. В одной руке он держал увесистую спортивную сумку, другой придерживал край воротника. Окинув взглядом собравшихся, незнакомец широко, почти озорно улыбнулся.
— Ну что, встречайте нового жильца! — бодро произнёс он и без лишних сомнений переступил через порог.
Даниил словно прирос к полу. Один из пакетов с вещами матери выскользнул у него из рук и глухо ударился о плитку. Внутри что-то стеклянное жалобно хрустнуло.
Тамара Павловна, которая уже приготовилась величественно проследовать в спальню, застыла на полушаге. Её лицо вытянулось, а яркая помада на внезапно побледневшей коже стала выглядеть почти пугающе.
— Геннадий? — выдохнула она, и голос её сорвался так, будто слово застряло где-то в горле.
— Он самый, Тамарочка, — Геннадий Олегович поставил сумку у стены и деловито стряхнул невидимую пылинку с рукава плаща. — Вот это встреча, да? Говорят, ты тут жилплощадь распределяешь. Решил зайти, помочь разобраться.
Геннадий приходился Тамаре Павловне бывшим мужем.