— Вадим, обувь можешь не снимать, — раздался из прихожей громкий голос. — Коврики тут всё равно древние, их давно пора выбросить. Мы сейчас сумки из багажника занесём — и порядок.
Ирина застыла возле кухонного стола с ножом в одной руке и недочищенной морковью в другой. В её загородном доме, где обычно даже шаги звучали приглушённо, внезапно поднялась такая возня, будто в прихожую ворвалась целая бригада грузчиков. Под тяжёлыми ногами жалобно скрипнули половицы, что-то с глухим стуком шмякнулось на светлый ламинат, а поверх всего этого уверенно и без малейшего сомнения командовал голос Галины.
Появления сестры мужа Ирина не ждала. Денис уехал в долгую рабочую поездку на объект в другой регион Украины, и ближайшие две недели она заранее представляла совсем иначе: сад, книги на веранде, тёплый чай по вечерам и редкая, почти драгоценная тишина. Дом этот дался ей не просто так. За ним стояли годы строгой экономии, бесконечные расчёты, поиски нормальных материалов, нервы, потраченные на споры с подрядчиками, которые то срывали сроки, то пытались подсунуть что-нибудь подешевле. Ирина вложила сюда не только собственные сбережения, но и все силы, превратив голую коробку из пеноблоков в тёплое, продуманное до мелочей место с большими окнами, камином и ощущением настоящего уюта.
И теперь в это бережно созданное пространство без стука и предупреждения ввалился чужой вихрь.
Она положила морковь на доску, вытерла ладони вафельным полотенцем и вышла из кухни. Увиденное заставило её сердце неприятно дёрнуться. Галина, крупная женщина с яркой помадой на губах, стояла прямо посреди прихожей в уличных туфлях, оставляя на полу грязные следы. Рядом топтался её муж Вадим, с усилием удерживая две огромные клетчатые сумки, распираемые вещами. Чуть дальше, почти прижавшись плечом к новым обоям, устроился их двадцатидвухлетний сын Кирилл. Он даже головы не поднял — всё его внимание было приковано к экрану телефона.
— Здравствуй, Ирина, — сказала Галина таким тоном, будто приехала не в гости, а в собственное владение. Она быстро окинула взглядом стены, мебель, лестницу, словно мысленно уже решала, что и где будет стоять. — Вот решили к вам выбраться. На воздух. В городе сейчас невозможно, жара, духота, асфальт плавится. Денис на звонки не отвечает, ну мы и подумали: чего тянуть? Сразу к тебе поедем. Всё-таки семья, не посторонние.
Ирина медленно посмотрела на грязные отпечатки на ламинате, потом — на раздутые баулы, от которых тянуло сыростью и запахом залежавшейся одежды.
— Добрый вечер, — произнесла она, стараясь держаться спокойно. — Денис на объекте, там связь постоянно пропадает. Но вы… с вещами?
— Да какие это вещи, так, самое необходимое на первое время, — беспечно махнула рукой Галина и наконец начала стаскивать туфли. Сняв их, она бросила обувь прямо посреди прохода, хотя рядом стояла аккуратная полка. — Вадим, ты чего застыл? Поднимай сумки наверх. У вас же там две гостевые комнаты, да? Мы с тобой займём ту, где окна на юг, а Кириллу отдадим вторую. Ему тишина нужна, учиться надо.
Вадим послушно крякнул, перехватил тяжёлые ручки и, согнувшись под грузом, двинулся к деревянной лестнице.
Ирина почувствовала, как внутри у неё начинает туго закручиваться невидимая пружина. Никто не позвонил заранее. Никто не спросил, удобно ли ей принимать гостей. Люди просто приехали, вошли в её дом и уже распоряжались спальнями так, будто им всё здесь принадлежало.
— Галина, подожди, — Ирина шагнула вперёд и встала между Вадимом и лестницей. — У меня были свои планы на эти выходные. Я не готовилась к приезду гостей. Постельное бельё не приготовлено, продуктов тоже немного.
Галина улыбнулась снисходительно, сложив руки на груди.
— Ирочка, ну мы же не в отель заселяемся, чтобы ты перед нами дорожки расстилала. Мы люди простые, нам особые условия не нужны. Бельё я своё взяла, а что до еды — у тебя огород полный зелени. Картошку сварим, огурчики нарежем, и прекрасно. Кстати, мы с дороги зверски проголодались. Я видела, ты там на кухне что-то готовила? Вот и замечательно. Будем ждать ужин.
Не оставив Ирине возможности возразить, Галина решительно протиснулась мимо неё и пошла вверх по лестнице, по дороге громко подгоняя мужа. Кирилл, так и не потрудившись поздороваться, молча оторвался от стены и двинулся следом за родителями.