Грушу Денис соорудил из того, что удалось раздобыть: старые автомобильные покрышки, крепкая верёвка да мешок, набитый песком. В зале висела всего одна тусклая лампочка, от стен тянуло сыростью, мороз пробирал до костей, и ребята выдыхали белые облачка пара. Но они всё равно носились по подвалу, прыгали, отрабатывали удары, лупили по самодельной груше — и, похоже, были от этого в полном восторге.
Сельские мужики первое время только посмеивались и крутили пальцем у виска.
— Наш физрук совсем чудной стал… Бокс в селе придумал. Кому оно надо? Лучше бы пацанов дрова рубить отправил — хоть толк был бы.
— Ага. Ещё и по голове получают. Совсем без мозгов останутся.
— Да там и оставаться нечему.
Денис на эти разговоры не обращал внимания. Он вставал затемно, приходил в зал к шести утра, сам делал разминку, а потом шёл вести уроки. После школы начиналась секция. По субботам он гнал мальчишек на кросс до реки и обратно — пять километров. Поначалу ребят выворачивало прямо на обочине. Потом они втянулись. А спустя время уже бодро обходили местных трактористов, возвращавшихся с работы.
Весной Денис договорился о товарищеской встрече со спортшколой из райцентра. Автобус нашёл с трудом, на топливо родители сложились кто сколько смог. И всё-таки поехали.
В районной спортшколе их встретил совсем другой мир: тёплый зал, яркий свет, настоящий ринг, добротные груши. Тренер, пожилой широкоплечий мужик с толстой, как у быка, шеей и золотыми зубами, окинул взглядом Дениса и его команду в стареньких спортивных штанах.
— Это что за гости к нам пожаловали?
— Сельская секция, — спокойно ответил Денис.
— Ну давай, посмотрим на твоих силачей.
Силачи в тот день не выиграли ни одного поединка. Совсем. Илья выстоял полтора раунда, Кирилла сняли раньше времени, а Роман за весь бой так ни разу толком и не достал соперника. Обратно ехали в полной тишине.
В автобусе Денис пересел к Илье.
— Что скажешь, Баран? Оказалось не так легко?
Илья долго молчал, только скулы у него ходили ходуном.
— Они в тепле занимаются, — наконец выдавил он. — У них ринг нормальный. Тренер всегда рядом, никуда не уезжает. А мы…
— А вы в подвале, — договорил за него Денис. — С одной-единственной грушей. И дальше что? Ждёшь, что я начну вас жалеть? Не дождёшься. Хочешь побеждать — паши вдвое больше. Втрое. Больше, чем они. Потому что у них есть всё, а у нас есть только мы сами.
Илья поднял на него глаза. Потом вдруг усмехнулся — неровно, по-мальчишески, но уже без прежней злости.
— Мы их всё равно сделаем.
— Вот теперь говоришь правильно.
Прошло два года. Потом ещё один.
Секция постепенно разрасталась. Появились младшие — одиннадцати-двенадцати лет. Старшие, Илья, Кирилл и Роман, уже помогали Денису: ставили новичкам стойку, показывали первые удары, учили не зажмуриваться. Денис на собственные деньги купил второй комплект перчаток, потом раздобыл третий. Родители тоже начали подтягиваться: кто приносил доски, кто утеплитель, кто новую лампочку. Несколько мужиков однажды собрались и сколотили в подвале вполне приличный ринг. Теперь это место уже напоминало настоящий зал.
Денис женился на местной девушке Лене, библиотекарше. Она была тихой, вдумчивой и никогда не расспрашивала, зачем он тратит на мальчишек столько сил. Просто ждала его вечерами и ставила на стол тёплый ужин. Иногда Лена приходила на тренировки, садилась в уголке и молча наблюдала. И Денис, замечая её взгляд, почему-то начинал гонять ребят ещё строже.
На третий год они снова отправились на районные соревнования. На этот раз из шести боёв выиграли два. Илья занял первое место в своей весовой категории. Кирилл взял третье. Роман уступил, но только по очкам — впервые в жизни он достоял до третьего раунда.
После соревнований они сидели в раздевалке мокрые, вымотанные и абсолютно счастливые.
— Два года, — произнёс Денис. — Ровно два года назад я вытаскивал вас из автобуса после того разгрома. Помните?