Только Марина тогда резко остудила его пыл:
— Вот станешь кем-то, добьёшься положения, начнёшь нормально зарабатывать — тогда и возвращайся к этому разговору.
Теперь, пожалуй, говорить было бы самое время. Но Сергей уже давно был женат, растил двоих детей и, что важнее, чувствовал себя вполне счастливым человеком.
К дому Гришина они с Андреем подъехали на его аккуратном, ухоженном «Вольво». Возле высокого добротного забора уже стояло несколько машин, а из-за ограды доносился такой многоголосый шум, что казалось, там спорили сразу все. Однако стоило друзьям появиться на зелёном участке, украшенном цветниками, как разговоры разом оборвались.
Все взгляды тут же устремились к Сергею — главному поводу сегодняшней встречи. На несколько секунд во дворе повисла почти театральная пауза. Пришлось ему самому разрядить обстановку.
— Ну что, всем привет! — громко произнёс Сергей и улыбнулся.
Этого оказалось достаточно. Народ мгновенно оживился: заговорили наперебой, двинулись к нему, начали обнимать, пожимать руку, хлопать по плечу. Сергей в ответ улыбался и старался понять, кто перед ним, потому что узнать многих с первого взгляда было непросто.
Когда с приветствиями кое-как разобрались, все расселись за длинным столом, заставленным закусками, горячими блюдами, салатами и бутылками на любой вкус. Праздничная суета быстро набрала обороты.
Нельзя было сказать, что среди бывших одноклассников собрались сплошь важничающие снобы или самодовольные лица, какими любят украшать подобные сцены. Всё было проще и живее. Но Марины среди гостей пока не было.
На Сергея между тем посыпались вопросы: где живёт, чем занимается, как сложилась жизнь. Он оказался в центре всеобщего внимания. Отвечал сдержанно, рассказывал о себе коротко, без лишних подробностей, а остальные рассматривали его с нескрываемым любопытством.
Он и правда заметно выделялся: одеждой, стрижкой, манерой держаться. В нём не чувствовалось той развязной шумности, которая быстро появляется у подвыпивших мужчин. Сергей говорил ровно, не перебивал, не кричал через стол и почти не пил.
Украдкой он разглядывал бывших одноклассниц и невольно удивлялся переменам. Почти ни в одной не осталось прежней лёгкости: взгляды потускнели, улыбки выглядели натянутыми, наряды казались случайными, а яркий накладной маникюр у всех будто был выбран по одному образцу.
Зачем им всё это? Такой броский декор смотрелся здесь чужеродно. Как и сами дамы, которые охотнее тянулись к рюмке водки, чем к бокалу хорошего вина, которое Сергей пил не спеша, маленькими глотками.