— Ну и ягоды у вас, конечно… одна кислота! Дети еле проглотили!
Ирина опустила рыночную сумку прямо на землю и застыла у калитки.
Посреди огорода стояла Светлана, сестра её мужа. В одной руке она держала пластиковую коробку из-под салата, набитую ягодами до самой крышки. За её спиной, возле кустов голубики, на корточках возились двое детей: Матвей, лет девяти, и Кирочка, чуть старше. Кусты выглядели так, словно по ним прошлись железными граблями: обломанные веточки торчали голыми прутьями, листья валялись в траве, а под ногами темнели раздавленные ягоды.
— Мы тут мимо ехали! — бодро сообщила Светлана. — Решили на минутку заглянуть, проведать вас. Даже хорошо, что никого дома не оказалось, а то дети бы стеснялись собирать.
— Стеснялись, — глухо повторила Ирина.
Восемь кустов. Четыре года ухода. И вот он, первый настоящий урожай. Ещё утром Ирина ходила между грядками и прикидывала: недели через две можно будет снимать ягоды вёдрами.
Светлана тем временем сама распахнула заднюю дверь дома — её обычно не запирали — вынесла на веранду свой контейнер и поставила рядом эмалированный таз. Тот тоже был полон до краёв.
— Матвей, Кира, доберите ещё с крайнего куста! Там ягоды крупнее!
— Светлана Павловна, — ровно произнесла Ирина. — Достаточно.
— Это ещё почему достаточно? — вскинулась та. — Это дом моего брата, между прочим! Я здесь выросла! Я на этих грядках картошку сажала, пока ты по своим офисам прохлаждалась!
Из глубины двора появился Сергей. Муж Ирины. В руке у него был телефон. Он мельком взглянул на ободранные кусты, на таз с ягодами, на сестру.
— Здравствуйте, — пробормотал он и тут же свернул к бане. — Я там воду набирал. Сейчас, буквально минуту.
Хозяин участка мгновенно нашёл в бане дела, которые, похоже, не терпели отлагательств и могли длиться сколько угодно.
Ирина подошла к веранде. Таз был литров на восемь, и он оказался набит полностью. Ягоды явно сгребали горстями: вместе со спелыми попадались листья, зелёные завязи и куски тонких веток.
— Дети собирали как умели, — пожала плечами Светлана. — Чего ты так смотришь? Ягода и есть ягода. Промоешь — нормально будет.
— Зелёные завязи уже не поспеют.
— Ой, на следующий год ещё вырастет! Не жадничай, не последнее же у тебя забирают.
Кирочка подошла к матери и встала рядом: ладони у неё были синие от сока, футболка тоже вся в пятнах. Матвей остался у кустов и продолжал что-то жевать.
На веранде за столом уже устроилась Наталья, Светланина золовка, сестра её мужа. Она без спроса открыла верхний шкафчик, достала чужие чашки и расставила на клеёнке три свои банки: огурцы, кабачки и какую-то закуску в масле.
— Ириночка, хлеб у тебя найдётся? — спросила Наталья. — Мы же не думали, что задержимся до вечера.
— Вы же на пять минут заехали, — тихо напомнила Ирина.
Но хлеб всё-таки вынесла. Половину буханки положила на доску.
— И постели нам наверху приготовь! — тут же распорядилась Светлана, отламывая кусок. — В маленькой комнате. И полотенца дай, мы налегке приехали.
Она взяла хлеб так, будто ей его обязаны были подать, и сразу принялась командовать дальше, словно хозяйка здесь была именно она.