— Уборная у нас сейчас, увы, выведена из строя.
Валерия замерла на полпути и медленно перевела взгляд на дверь, намертво притянутую к косяку саморезами. Блестящие шляпки торчали так выразительно, что не заметить их было невозможно.
— Как это — выведена из строя? — она даже голос повысила. — Это же обычная деревянная кабинка! Что там вообще может сломаться?
— Септик накрылся, — совершенно невинным тоном выдала я первую пришедшую в голову версию. — Запах такой, что глаза режет, мухи тучами, да ещё половицы сгнили. Встанешь неудачно — и привет, можно провалиться. Дмитрий решил не рисковать и забил дверь, пока новую яму не сделает.
Лицо Валерии заметно посветлело, но не от радости. Она посмотрела сначала на туалет, потом на меня, будто надеялась, что я сейчас рассмеюсь и скажу: «Шутка».
— И… вы теперь куда? — спросила она уже не так уверенно.
Я широко махнула рукой в сторону леса за сетчатым забором. Там стояла густая тень, крапива поднималась почти до пояса, а между кустами виднелась узкая заросшая тропинка.
— Да туда, в лесочек. Очень бодрит, между прочим. Главное — внимательно под ноги смотреть. В этом году гадюки расплодились, прямо беда. И клещи активные, с веток так и сыплются. Но ты не переживай, иди смело: по тропке налево, потом за поваленной сосной.
Валерия стояла посреди моего ровного газона в дорогущих босоножках и смотрела на эту зелёную чащу так, будто я предложила ей спуститься в подземелье.
— Вы тут… совсем с ума посходили? — почти шёпотом произнесла она.
— Да что ты, — искренне удивилась я. — Просто жизнь на земле. Натурально, полезно, без городских капризов. Кстати, раз уж пойдёшь туда, прихвати ведро. Возле забора компост как раз дошёл, надо под смородину раскидать. Дмитрий говорил, ты в детстве на огороде помогала, значит, рука набита.
Валерия отступила на шаг. На её лице было такое выражение, будто перед ней стояла не нынешняя жена её бывшего мужа, а опасная женщина с совершенно непредсказуемыми намерениями.
— В лес я не пойду, — отчеканила она, сжав пальцы в кулаки.
— Тогда придётся потерпеть до города, — я равнодушно пожала плечами. — Тут километров сорок, если пробок не будет, доберёшься быстро. А укроп всё-таки нарвать? Свеженький, я его сегодня ничем не обрабатывала.
— Да подавись ты своим укропом, — процедила Валерия и резко развернулась.
К машине она пошла уже совсем не той плавной походкой, с которой появилась во дворе. Ни царственной осанки, ни ленивого превосходства — только быстрые злые шаги и желание поскорее убраться.
Когда мотор белого кроссовера сердито взревел, а сама машина исчезла за поворотом, я спокойно достала из кармана шуруповёрт. Полминуты — и дверь туалета снова открывалась как ни в чём не бывало.
Вечером вернулся Дмитрий. Он некоторое время молча ходил по участку: рассматривал вычищенные дорожки, ровные грядки, прополотые клумбы. Потом подошёл ко мне и остановился рядом.
— Алин… мне Валерия звонила, — осторожно начал он. В его взгляде впервые за долгое время читалось не снисхождение, а что-то похожее на уважение, смешанное с лёгкой опаской.
— Правда? И чем поделилась? — спокойно уточнила я, продолжая подрезать розовый куст.
— Сказала, что ты окончательно тронулась. Что предлагала ей таскать компост, отправляла в лес к гадюкам и клещам, а ещё намекала, будто зелень у нас чуть ли не ядом полита. И добавила, что больше на нашу дачу ни ногой. Урожай, мол, проще купить на рынке.
Я повернулась к мужу и мягко улыбнулась.
— Какая нежная натура. А я ведь всего лишь хотела встретить гостью по-доброму и напомнить ей, что «родная земля» требует не только восхищённых взглядов, но и работы руками.
Дмитрий ничего не ответил. Просто обнял меня за плечи и тяжело выдохнул. С того дня он больше ни разу не называл мои чувства «обычной ревностью» и не открывал бывшей жене двери нашего дома.
Лёгкая и удобная халява заканчивается именно там, где начинается настоящая бытовая работа. Весь городской лоск слетает мгновенно, стоит только предложить наглому гостю взять тяпку и принести пользу.
А как бы вы поступили на месте героини: продолжали бы терпеть визиты бывшей жены ради спокойствия мужа или сразу поставили бы такую гостью на место?