— Перевозчики приедут минут через тридцать, — выдавил мой муж Сергей, старательно отводя взгляд и беспокойно перебирая в пальцах автомобильные ключи. — Екатерин, только давай без скандала, хорошо?
Я так и застыла посреди ванной с корзиной для белья. Внутри лежали его рубашки, уже приготовленные к первой стирке в нашей новенькой серебристой машинке, которую мы купили всего три дня назад.
— Какие ещё перевозчики, Сергей? — спросила я ровно, хотя внутри уже начал подниматься знакомый до боли кипяток из злости и недоумения.
— Ну… за стиралкой, — промямлил он. — Я маме слово дал. Ты же сама знаешь, её машина еле живая, то отжимает, то нет. А мы с тобой работаем, две зарплаты в доме, ещё соберём. Маме сейчас тяжелее. Ей ведь много не нужно — просто чтобы к ней по-человечески относились.
Я осторожно опустила корзину на пол. Моя новая стиральная машина. Моя красавица с прямым приводом, тихим двигателем и режимом пара. Я откладывала на неё шесть месяцев — из отпускных, премий, всего, что удавалось не потратить. Потому что прежняя стиралка не просто барахлила: она устраивала над бельём настоящий обряд изгнания нечистой силы и с грохотом скакала по ванной, будто подбитый трактор, грозя однажды пробить стену к соседям. И вот наконец в нашей квартире должна была наступить спокойная, чистая эра без дрожащего пола и визга на отжиме. Но Тамара Ивановна, похоже, решила, что «по-человечески» — это забрать наш комфорт себе.
Моя свекровь, Тамара Ивановна, вообще была женщиной редкого дарования. Она искренне считала себя специалистом решительно во всём: от мировой политики до способов вывести пятно с кухонного полотенца.
Всего неделю назад нам уже довелось выслушать её лекцию о правильной стирке.
— Все эти ваши модные порошки — одна отрава! — поучала она, восседая у нас на кухне и высокомерно размешивая чай. — Нормальная хозяйка стирает хозяйственным мылом да горчицей. Горчица ткань очищает не только от грязи, но и по энергетике! А ваша химия только здоровье губит.
— Тамара Ивановна, — ответила я тогда спокойно, но очень чётко, — горчица не расщепляет органические загрязнения. Для этого в порошках есть энзимы, то есть белковые ферменты. Они работают при температуре около сорока градусов, а в кипятке просто разрушаются. А хозяйственное мыло в жёсткой воде даёт осадок, который потом оседает на деталях машинки.