Она прекрасно помнила и прежние выходки Ирины: грязные разговоры за спиной, язвительные намёки, бесцеремонность и привычку вести себя так, будто ей все вокруг что-то должны.
— Мария! После банкета мы к вам завалимся. Здесь как-то скучно, дома продолжим! — с трудом выговаривая слова, объявила Ирина.
— Нет, — холодно ответила Мария. — Сегодня мы гостей больше не принимаем.
Ирина даже растерялась от такого тона, но промолчала.
А окончательно Мария убедилась, что поступает верно, когда случайно услышала разговор в туалете. Ирина, не стесняясь, громко делилась с родственницами выдумками. Она уверяла, будто Мария только притворяется милой и порядочной, а на самом деле характер у неё отвратительный. Потом принялась жаловаться, что именинница якобы плохо приняла гостей: не выделила им нормальную кровать, а заставила спать на старом продавленном диване. Следом пошли рассказы о том, что дома у Марии беспорядок, а деньги она, конечно же, получила нечестно.
Ирина говорила всё злее и злее, будто давно ждала случая выплеснуть накопившуюся желчь. Самое неприятное было даже не это, а то, что некоторые родственники слушали её с серьёзными лицами. А потом бросали на Марию такие взгляды, словно уже вынесли ей приговор.
— Ну что ж, Ирина… В моём доме тебя больше не будет, — тихо, сквозь зубы произнесла Мария.
Теперь у неё не осталось ни капли сомнений. От такой наглой и невоспитанной родни нужно было избавляться раз и навсегда.
Вскоре ведущий взял микрофон и попросил внимания:
— Дорогие гости! Перед тем как подадут главное блюдо, именинница приготовила для вас небольшой видеосюрприз. Самые яркие моменты сегодняшнего праздника!
На стене вспыхнул экран. Сначала пошёл короткий ролик в тёплом, почти торжественном стиле: слова о семье, близких людях, уважении и настоящей поддержке. Затем появились фотографии с праздника. Гости узнавали себя, смеялись, переглядывались, кто-то даже махал рукой собственному изображению на экране.
Но через минуту кадры неожиданно сменились.
Это уже были не праздничные снимки, а запись с кухни.
На экране Ирина запихивала в сумку нераспечатанные бутылки. И тут же из колонок раздался её голос:
— Давай сюда пакет! Посмотрим, чем тут эта зажравшаяся мадам закупилась. О, икра! Отлично! Давайте, налетайте!
Следом послышался голос Дмитрия:
— А можно я вот эту бутылку открою?
— Конечно, Дмитрий! И балык вон тот бери, не стесняйся!
В зале повисло напряжённое молчание.
Это была запись со скрытой камеры, которую Мария заранее поставила на кухне.
На видео отчётливо было видно, как Ирина, Дмитрий и Тимофей уничтожали продукты, приготовленные для праздничного стола. Они ели прямо там, хватали всё подряд, открывали упаковки, перекладывали что-то себе в пакеты и при этом отпускали в адрес Марии такие слова, что у многих гостей лица заметно изменились.
Ролик был смонтирован из самых красноречивых фрагментов. Напоследок показали сцену, где Ирина взяла кухонное полотенце и вытерла им кроссовки Тимофея: тот испачкал обувь, уронив на неё кусок торта. После этого они прихватили ещё несколько закрытых продуктов и спокойно вышли из кухни, словно так и надо.
Видео оборвалось.
Несколько секунд никто не произносил ни слова.
Потом Ирина резко поднялась. Лицо у неё было перекошено, но даже в этот момент она продолжала засовывать контейнеры в пакет.
— Мальчики, уходим из этого террариума, — хрипло бросила она.
Веселье за её столиком моментально закончилось. Гости перестали улыбаться. Кто-то опустил глаза, кто-то отвернулся. Несколько человек всё же поднялись и ушли вместе с Ириной.
Но настроение Марии это уже не испортило. Наоборот, ей стало легче. Праздник продолжился, и оставшаяся часть вечера прошла куда спокойнее и приятнее.
После той истории Архиповы сделали свои выводы об Ирине и её семье. Многие родственники тоже перестали с ними общаться. А те, кто продолжил поддерживать Ирину, стали для Марии своеобразным показателем: с такими людьми ей больше не хотелось иметь ничего общего.
Зато дружба с Архиповыми оказалась полезной для всех. Даже Роман постепенно изменился: всё реже проводил вечера перед телевизором, серьёзнее взялся за работу и начал ходить в спортзал вместе с Кириллом Андреевичем.
— Всё-таки правду говорят: человека во многом формирует его окружение, — с улыбкой замечала Мария, наблюдая за переменами в муже.
Роман на неё не обиделся. После случившегося он и сам стал относиться к Ирине гораздо холоднее, хотя признался, что на такой решительный шаг вряд ли бы отважился. А Мария не стала прятать правду и молчать ради приличия. Она просто вывела наглое семейство на чистую воду — и наконец освободилась от родни, которая слишком долго отравляла ей жизнь.