Марина сидела, не отрывая взгляда от экрана, и никак не могла уложить в голове увиденное. Получалось, Валентина Сергеевна сама же и угодила в расставленные ею сети. Но разве она не понимала, что камеры фиксируют не только Марину, но и ее собственные действия?
Дмитрий будто прочитал ее немой вопрос.
— Она просто не знает, как выключать запись, — тихо произнес он. — И, как оказалось, это к лучшему.
Марина медленно подняла на него глаза.
— Тогда почему ты ничего мне не сказал? Почему молчал?
Дмитрий устало провел ладонью по лицу, потом опустил взгляд, словно ему самому было стыдно за это молчание.
— Я собирал доказательства, — ответил он после паузы. — Чтобы не вышло, как с теми таблетками. Чтобы снова не оказалось, что это только слова против слов.
Он снова перемотал запись и открыл фрагмент, снятый уже на следующий день. На экране Валентина Сергеевна вытаскивала из-за банок ту самую папку, усаживалась за кухонный стол и начинала внимательно перелистывать документы. Затем доставала телефон и одну за другой фотографировала страницы.
После этого она кому-то позвонила. Говорила оживленно, размахивала свободной рукой, что-то уточняла, потом торопливо записала несколько слов на клочке бумаги и спрятала его в карман.
— После этой записи я набрал Игоря, — сказал Дмитрий. — Сначала он выкручивался, делал вид, что ничего не понимает. А потом все-таки проговорился. Мать пообещала ему: мол, разведу Дмитрия с женой, квартиру оформим на меня, а потом я тебе ее подарю. Игорь ради этого и купил ей обе камеры — чтобы она накопала на тебя какой-нибудь компромат.
Марине стало так жутко, что по коже пробежал холод. Казалось, волосы на голове зашевелились от одной мысли, насколько далеко все зашло.
— Документы она уже переложила к себе в сумку, — продолжил Дмитрий. — Только без моей подписи с ними ничего сделать нельзя. Я специально ничего не трогал. Пусть была уверена, что ее план идет как надо.
В тот же вечер Дмитрий сел напротив матери и включил ей все записи — с самого первого фрагмента до последнего. Валентина Сергеевна смотрела на экран, не произнося ни слова.
— Задумка у тебя была неплохая, — с горькой усмешкой сказал он. — Если бы ты еще умела обращаться с техникой, план вообще можно было бы назвать почти идеальным. Но камеры ты отключить не смогла. Поэтому они сняли не Марину, а тебя.
Валентина Сергеевна резко подняла на сына глаза, но почти сразу отвела взгляд и уставилась в пол.
— Поезжай к Игорю, — сухо произнес Дмитрий. — Только сначала верни мне документы на квартиру.
Она молча встала, вышла из комнаты и через несколько минут принесла украденную папку.
— И еще, — добавил Дмитрий, когда забрал документы. — Ты должна извиниться перед Мариной.
Свекровь фыркнула, поджав губы.
— Еще чего не хватало…
Наутро она собрала вещи и уехала к Игорю. Папка снова оказалась на своем месте в шкафу.
Обе камеры Марина в тот же день сняла и выбросила в мусорное ведро. Дмитрий ее не остановил и даже не попытался возразить. С матерью и братом он уже несколько месяцев не поддерживает никакой связи.