— Через неделю сюда приедет моя сестра, её муж, а ещё племянники со своими семьями. Я уже предупредила всех: теперь домик у моря у нас семейный, — буднично объявила свекровь, раскладывая свои вещи в шкафу главной спальни.
Марина застыла, не успев поставить чашку на стол. Кофе, который ещё минуту назад казался ароматным, вдруг стал терпким и неприятным.
— Подождите… что значит — приедут?
— Всего восемь человек. Не делай такое лицо, как-нибудь разместимся. Детям ведь полезно подышать морским воздухом.
Марина молча смотрела на женщину, которая ещё год назад называла этот дом рухлядью и откровенно посмеивалась над её желанием его отстоять. Теперь же свекровь уверенно перевешивала платья, будто давно считала эту комнату своей. На постели уже лежали косметички, на тумбочке появилась рамка с фотографией внуков. Сквозь новые окна лился солнечный свет — за эти окна Марина отдала почти все свои накопления. В доме пахло морской солью и розами, которые она собственноручно посадила весной.
Этот старый дом у моря достался Марине от бабушки. После её смерти на наследство вдруг стали заявлять права дальние родственники, о которых в семье годами никто не слышал.
— Они даже проститься с ней не приехали, — с горечью говорила тогда Марина Дмитрию. — А теперь внезапно вспомнили, что они родня!
— Может, проще уступить? — нерешительно предложил Дмитрий. — Ты же столько сил и нервов на это потратишь…
Тяжбы растянулись почти на два года. Марина собирала справки, ходила на заседания, платила юристам и постоянно выслушивала насмешки.
Больше всех язвила свекровь.
— Оставила бы ты уже этот сарай. Он и без суда скоро развалится, — заявляла она за воскресным обедом.
— Для меня это память о бабушке, — пыталась объяснить Марина.
— Память и в фотоальбоме прекрасно хранится. Лучше бы вы деньги на просторную квартиру отложили.
— Мам, мы сами так решили, — вступался за жену Дмитрий, но звучало это не слишком твёрдо.
— Только адвокатам всё несёшь. Сколько уже выбросила? Пятьдесят тысяч гривен? Сто?
Даже часть родни со стороны мужа считала Марину упрямой и жадной. На семейных встречах кто-нибудь обязательно отпускал колкость про «дом-призрак» или про её «сказочные планы».
Но в итоге суд она выиграла.
Когда все бумаги наконец оформили, Марина с Дмитрием поехали посмотреть, что же осталось от наследства. Дом оказался запущенным, однако стоял крепко. И уже тогда стало понятно: за него действительно стоило бороться.