К шести утра Ольга уже стояла у плиты и снова занималась салатами, бульонами, нарезкой. В какой-то момент она вдруг поняла, что злости в ней почти не осталось. Не было ни возмущения, ни обиды — только усталая механическая обязанность, которую нужно довести до конца.
Ближе к обеду заглянула сестра Марина. Остановилась на пороге кухни, окинула взглядом стол, полностью заставленный контейнерами, и тихо присвистнула.
— Ты кафе решила открыть?
— Это всё к Новому году. Для родни Дмитрия.
— А ты сама где будешь?
— Дома. Одна. На праздник меня не позвали, зато еду попросили приготовить.
Марина опустилась на табурет и какое-то время молчала, сжав губы.
— Знаешь, я давно хотела тебе кое-что рассказать. Помнишь вашу свадьбу? Я тогда случайно услышала, как Тамара Сергеевна возле туалета разговаривала с приятельницей. Она сказала: «Дмитрий нашёл себе простушку. Ну ничего, зато готовит. Для кухни вполне сгодится».
Ольга замерла. Нож так и остался висеть над доской.
— И ты двенадцать лет молчала?
— Я думала, что не имею права вмешиваться. Прости, — Марина провела пальцами по переносице. — Но сейчас я смотрю на всё это, и мне становится не по себе. Ты правда собираешься отдать им всю еду, а сама встречать Новый год в одиночестве?
— Да. Собираюсь.
Марина поднялась и ушла, с силой захлопнув за собой дверь.
Около семи вечера зазвонил телефон. Это была Тамара Сергеевна. Голос у неё звучал приторно-мягко, почти ласково.
— Оленька, милая, я тут подумала: может, ты ещё креветочек добавишь? И красной икры. Всё-таки праздник, гости будут солидные. Дмитрий потом тебе как-нибудь вернёт.
Как-нибудь. Потом. За все двенадцать лет Дмитрий ни разу не компенсировал ей ни копейки за продукты, купленные к их семейным застольям.
— Хорошо, Тамара Сергеевна. Я всё сделаю.
Ольга отключила звонок. Потом села на диван и минут десять неподвижно смотрела перед собой. Затем поднялась, накинула куртку и вышла из квартиры. В аптеке за углом она купила два флакона сильного слабительного — бесцветного, без запаха и вкуса.
Вернувшись, Ольга открыла первый контейнер с холодцом. Добавила несколько капель в застывающий бульон и тщательно размешала ложкой. Закрыла крышку. Потом взялась за следующий судок — селёдку под шубой — и капнула средство в майонезный слой. После были оливье, мимоза, рыбный соус. Её руки двигались спокойно, без дрожи.