Оксана ещё сильнее вдавила его запястье в пол, не позволяя сделать ни единого резкого движения.
— Попробуешь дотронуться до него — и кисть тебе соберу по частям, — произнесла она негромко, почти шёпотом, но в этом спокойствии ощущалась сталь. — Медленно убери руку.
Олег зло втянул воздух, скрипнул зубами, однако сопротивляться не стал. Боль отрезвила лучше любых слов. Впрочем, унижение жгло куда сильнее, и ему хотелось хотя бы напоследок уколоть.
— Вы ещё приползёте ко мне! — процедил он, не поднимая взгляда. — Я вас без денег оставлю. Поживёте на улице. Думаешь, забыла, на кого оформлена квартира? На мою мать! Завтра же выставлю вас за порог!
Оксана чуть ослабила хватку и позволила ему перевернуться на спину. На её губах появилась короткая усмешка.
— Жильё приобретено в браке, Олег. И часть средств — это деньги от продажи наследства моей бабушки. Все бумаги у меня. Уже полгода я консультируюсь с толковым адвокатом по разделу имущества. Так что угрозы мимо. Собирать вещи будешь сам — или пакеты для мусора подать?
Старый холодильник монотонно гудел, будто подчёркивая тишину, в которой рушился привычный мир Олега. Там, где он чувствовал себя хозяином, больше ничего не осталось. Иллюзия власти рассыпалась, оставив только горечь поражения.
— У тебя час, — спокойно сказала Оксана, отступая на шаг и отпуская его окончательно.
Олег с трудом поднялся, цепляясь за край стола. Он избегал смотреть и на неё, и на Тараса. От прежней самоуверенности не осталось и следа — перед ними стоял ссутулившийся, потерянный человек. Не произнеся больше ни слова, он ушёл в комнату и открыл шкаф.
Минут через сорок в коридоре послышался глухой рокот колёс дорожной сумки. Олег надел куртку, сунул ноги в ботинки. У порога он замер, перебирая ключи в ладони. Было видно, что ему хочется бросить что-то напоследок — резкое, обидное. Он шумно вдохнул, схватился за ручку двери, явно намереваясь хлопнуть так, чтобы содрогнулись стены.
Но Оксана шагнула вперёд и уверенно положила ладонь на дверное полотно, не позволяя размаха.
— Ключи оставь здесь, — ровно произнесла она.
Он сглотнул, бросил связку на тумбочку и, не оглядываясь, вышел на лестничную площадку. Дверь закрылась мягко и почти бесшумно. Оксана повернула замок дважды, отчётливо услышав щелчки.
Она постояла несколько секунд, прислушиваясь к тишине, затем вернулась на кухню. Волнение ушло, оставив лёгкую усталость в плечах и руках. Оксана включила плиту, поставила чайник и достала из шкафа две большие керамические кружки.
Они с Тарасом сели рядом. Вода начала тихо закипать, заполняя кухню уютным шумом. Ни один из них не спешил говорить. Они просто пили горячий мятный настой и слушали, как за окном гудит вечерний город. Впервые за долгое время воздух в их доме казался по-настоящему лёгким — свободным от крика, угроз и страха.