— Я работаю! — возмутился Игорь. — Я деньги зарабатываю, между прочим!
— А я что делаю? Я тоже работаю полный день. И потом прихожу во вторую смену — на кухню. Бесплатно. Почему никто не предложил заказать еду в ресторане? Или нанять повара? Почему экономия только за счёт моего здоровья?
— Мы всегда так делали, почему сейчас иначе? Ты же умеешь, тебе не сложно!
Наталья выключила плиту. Резко повернулась к мужу.
— Мне сложно. Очень сложно. И я смертельно устала.
— Ну знаешь, все устают, — Игорь махнул рукой. — Это жизнь. Надо уметь терпеть ради семьи.
Она посмотрела на него. На этого человека, с которым прожила двенадцать лет. Который ни разу не спросил, чего хочет она. Который считал её усталость капризом, а её труд — бесплатным приложением к штампу в паспорте.
— Забудь про гостей! — голос Натальи был тихим, но страшным. — Сообщи матери — пусть найдёт другую дурочку готовить на её торжество! Всё, хватит!
— Ты чего? — Игорь ошарашенно замолчал.
Она сняла фартук и швырнула его на стол. Он упал прямо в миску с мукой, подняв белое облако.
— Я ухожу. К сестре. Не звони мне. Вообще.
— Ты что, серьёзно? А юбилей? А продукты?
— Юбилей — ваш. Продукты — ваши. Вот и празднуйте сами. Варите, парьте, крутите свои рулеты!
Она собрала сумку за десять минут. Игорь бегал следом, что-то говорил, уговаривал, даже пытался преградить путь. Но Наталья уже не слышала. Впервые за долгие месяцы в голове была звенящая, благословенная тишина.
У сестры Наталья провела четыре дня. Спала до обеда, гуляла в парке, читала книги. Лена ничего не спрашивала, только сказала: «Давно пора». Игорь оборвал телефон — звонил раз тридцать. Наталья не брала трубку.
На пятый день, когда юбилей уже прошёл, он прислал сообщение: «Мама заказала еду в кафе и доставку. Потратили кучу денег, мама недовольна. Приезжай, нам надо поговорить».
Она вернулась. Квартира была в порядке — видимо, вызывали клининг, или Игорь сам постарался. Он встретил её с виноватым, помятым лицом.
— Прости меня. Правда. Я был идиотом. Без тебя тут был ад.
Наталья кивнула, не разуваясь.
— Я тоже прошу прощения, что накричала. Но больше так не будет. Я не буду бесплатной кухаркой на чужие праздники. Если хотят — пусть заказывают ресторан. Или готовят сами. Я устала быть удобной для всех, кроме себя.
Игорь подошёл и осторожно обнял её, словно боялся, что она снова исчезнет.
— Договорились. Мама, конечно, до сих пор ворчит про «испорченный праздник», но это её проблемы. Я обещаю: на следующий семейный сбор мы просто скидываемся на кафе.
Она не знала, надолго ли хватит этих обещаний. Но что-то изменилось в самом воздухе. Она осознала: она больше не боится сказать «нет». И это было важнее любого рулета с грибами.