— Я вызывала, — Света протянула им раскрытую папку. — Я собственница. Светлана Николаевна Смирнова. Вот свидетельство о праве собственности, договор дарения. Здесь находится гражданка Смирнова Тамара Павловна, которая здесь не зарегистрирована, прав на жилье не имеет. Она меня ударила. Прошу удалить её из моей квартиры.
Полицейский пробежал глазами документы, посмотрел на красную щеку Светы, на испуганного Игоря.
— Гражданка, документы предъявите, — обратился он к свекрови.
— Это квартира моего сына! — привычно завела Тамара Павловна, но уже без прежнего запала. — Он здесь прописан!
— Прописка права собственности не дает, — устало пояснил полицейский. — Собственник требует, чтобы вы покинули помещение. У вас есть другое жилье?
— Есть, но там ремонт…
— Значит, поедете домой. Собирайтесь. Или нам помочь?
Тамара Павловна перевела взгляд на сына.
— Игорь! Ты позволишь?
Игорь посмотрел на жену. Света стояла у окна, скрестив руки на груди. Чужая, холодная, спокойная. Он понял: если он сейчас откроет рот в защиту матери, он поедет вместе с ней. Навсегда.
— Мам, — тихо сказал он. — Тебе лучше поехать домой. Я вызову такси.
Сцена прощания была короткой. Свекровь проклинала невестку, пока полицейские настойчиво провожали её к выходу. Дверь захлопнулась.
В квартире повисла тишина. Игорь сидел на диване, обхватив голову руками. Света прошла на кухню, сгребла остатки еды в мусорный пакет. Праздничный ростбиф, салаты, нарезка — всё полетело в ведро.
— Света… — голос мужа дрожал. — Ты как? Сильно болит?
— Щека пройдет. А вот то, что ты сидел и молчал, когда меня ударили, я запомню надолго.
— Я растерялся… Мама, она же… Ты же знаешь её характер.
— Знаю. И твой знаю. Слушай меня внимательно, Игорь.
Она подошла к столу, налила себе воды. Рука все еще слегка подрагивала.
— Твоя мать больше никогда не переступит порог этого дома. Никогда. Даже на пять минут. Ты можешь ездить к ней, звонить, помогать деньгами — в разумных пределах. Но здесь её не будет.
— Я понял, — быстро кивнул он. — Конечно. Света, прости меня. Я дурак.
— И еще. Если ты когда-нибудь дашь ей ключи или впустишь без моего ведома — будешь жить по прописке. Но не здесь. Я не шучу.
Игорь кивнул, не поднимая глаз.
Света сделала глоток воды и посмотрела в окно. Злости уже не было. Была только усталость и странное облегчение. Она вспомнила, как отец настаивал на дарственной: «Пусть квартира будет твоей. На всякий случай». Тогда она смеялась. Теперь понимала.
Она медленно собрала со стола грязные бокалы, сложила их в раковину. Методично, как всегда. Потом вытерла руки и выключила свет на кухне.
Завтра будет новый день. Без свекрови. Возможно, без мужа — это покажет время. Но точно — в своей квартире, где никто больше не посмеет её ударить.